Тропка поднималась над городом. Ощущение оторванности от цивилизации в этой части Неаполисса ощущалось особенно остро. Пока Эспер изучал гравийный подъём под ногами и деревья, плотным кольцом окружавшие смотровую площадку, Дэвис развёрнуто описал пути сообщения с городом пять и десять лет назад, рассказал о старом и новом мэре Неаполисса, о переменах, произошедших с назначением последнего. Несмотря на то, что проход находился в черте города, ведущую наверх склона тропу обступили мощные столетние деревья с торчащими из земли корнями.
Преодолев земляной подъём, Эспер задержался у деревянной лестницы без перил, проложенной вверх по склону, туда, где был самый лучший обзор. Лестница была достаточно широкая для двоих.
Спутник ответил, когда уже Эспер решил, что его вопрос проигнорировали.
— Я не поддерживаю связи с родителями.
Давно вертелось на кончике языка:
— А ваш отец, что он был за человек?
— Сейчас я занимаюсь этим делом, — совершенно очевидно Дэвис был недоволен выбранной темой. Правое его плечо опустилось, словно от одной необходимости отвечать его всего перекривило. — Дела моего отца пускай тебя больше не беспокоят.
С громким щелчком одна из ступеней треснула под ногой. От неожиданности Эспер вздрогнул.
После того, как он открылся перед посторонним человеком, чужая реакция отозвались в животе лёгким уколом. Это, конечно, не его дело, но можно ведь хотя бы из вежливости рассказать что-то и о себе.
С возвышения открывался вид на застроенные старинными зданиями улочки и окрестности Неаполисса, окруженные плотной стеной леса. Со смотровой площадки был виден край рельсовых путей, выходящих из подземного туннеля на землях Финча. В стороне от лесопилки располагался акведук, при виде которого Эспер на время забыл об их разговоре.
По словам мистера Дэвиса, раньше на дне долины протекал канал, пока со временем вода не ушла: канал обмелел, вскоре русло полностью пересохло. Мужчина прекрасно знал не только сам город, но и прилегающие земли, и приводил историческую справку с такой уверенностью и детальностью, словно почерпнул информацию из собственной жизни.
В памяти возник образ заслонившего свет человека в экипировке охотника, с ружьём и тушками мёртвой птицы. В тот момент даже в самой лесной тиши ощущалось нечто зловещее. Совсем не то, к чему он готовился по приезду в удаленный промышленный городок.
Как бы ни хотелось покончить с делами одним махом, Эспер успел пожалеть, что уже скоро он будет в Лондоне и никогда больше сюда не вернётся. Билет удалось обменять — в оставшееся время до ночного экспресса он собирался выбраться в город.
Спохватился сделать фото и дёрнул молнию на куртке, чтобы достать телефон.
Довольно неловко просить разрешения у партнёра по бизнесу своего шефа сделать снимок татуировок. Однако мужчина как-то слишком просто согласился. Дэвис отвернул манжеты плаща, оголив кисти рук. Не касаясь запястья, Эспер попробовал сдвинуть кожаный браслет часов, мысленно отмечая, что касается часов «U-Boat Chimera», стоящих более пяти тысяч фунтов стерлингов, и мешающих сделать один-единственный снимок. Должно быть, хорошая копия. Она тоже стоит порядком. Дэвис сам помог ему, расстегнув кожаный браслет, снял часы и убрал в карман плаща. Татуировки напоминали одна другую, но были разные, колол, сразу видно, мастер. Столько деталей, прорисовка чёткая. Пока он стоял так, разглядывая тату на запястьях Дэвиса, его охватило волнение. Ладони вспотели.
— Понравилось? — раздался слегка повеселевший голос.
Да ладно? Он прикалывается, что ли?
— Сэр, это просто офигенно! — Эспер не смог сдержать эмоций; он никогда не умел скрывать восторг. — И место такое, знаете… выбрано удачно. Это очень круто, сэр! Они хорошо смотрятся на ваших руках, — боже, Эспер, заткнись. — Стиль боди-арта мне незнаком, а я перелопатил уйму информации по этой теме, когда набивал свою татушку.
— Может быть, покажешь? — с улыбкой предложил Дэвис.
О да! Этого вопроса он просто жаждал.
— Вы не против?
Райвен усмехнулся энтузиазму в его голосе и кивнул.
Эспер присел, почти коснувшись коленом влажного каменного пола, и подогнул край брюк. У него были объёмные татуировки, покрывавшие обе голени, в стиле стимпанк. Сделал в колледже.
Эспер завернул край выше, оголяя больший участок кожи.
— У тренера в колледже почти был припадок, — поднял глаза и натолкнулся на скользящий по его лицу взгляд.
— И как ты принимаешь участие в соревнованиях?
— Я ношу длинные плавки. В принципе условиями соревнований иметь боди-арт не запрещается, но на крупных чемпионатах такие объёмные татуировки, как у меня, не приветствуются. Для болельщиков это круто, но не для судий. И не для моего босса.