Тыльной стороной ладони Кратер пригладил его волосы.
Клеменс высвободился и сел.
— Ты толкаешь меня на измену. Предлагаешь пойти против сенатора и против своей сути?
Кратер неспешно скользил по нему взглядом. По его телу, ничем не прикрытому.
— Ты хоть способен понять, что я испытываю к тебе? — прихлопнув ладонью по покрывалу, бросил Кратер, раздражаясь. — Тебе ведь чуждо это чувство. Но я терпелив, я ждал три года. Ты хоть представляешь, через что я прошёл, когда воспылал страстью к тебе, созданию, скреплённому договором с одним из самых влиятельных ныне людей?
— Будешь ли ты любить меня без руки? — чувствуя полнейшую неразбериху в голове, парировал Клеменс. — Или насаженного на пику? Сенатор не придаст значения нашей связи, но заговор против него и расторжение договора уничтожит нас.
— Я не позволю даже тебе самому причинить себе вред, — отсёк Кратер, тоже садясь. — Ты не ведаешь, на что способен влюблённый мужчина.
— Молоть чушь? — приподнял бровь Клеменс. — Ты прав. Не ведаю.
— Я могу стать лучшим правителем, чем он. Но мне нужно твоё содействие. Этого глупца повесили на тебя… — Кратер сжал его подбородок, заглядывая в глаза. — Этого ли ты хотел?
— Мне не дано выбирать, — он передёрнул плечами, ощущая на своей коже горячие руки Кратера.
Влажная кожа давно остыла. Ему захотелось прикрыть себя чем-то.
— Коли меня любишь, ты должен смириться, — хмуря лоб, пробормотал он, и Кратер тут же провёл по морщинке, которая возникала на его лбу каждый раз, когда он был чем-то недоволен.
— Я не жрец и не монах, чтобы смирением умерщвлять свою плоть. Я — воин и я привык побеждать. Даже тебе не изменить этого.
Клеменс оттолкнул его руки и рывком поднялся с ложа.
— Я устал от этого разговора. — Он подошёл к столу с кувшином вина и наполнил рядом стоящую чашу.
— Ты пьёшь слишком много вина, оно туманит твой разум.
— Мы оба пьём слишком много, — тут же возразил Клеменс, — и несём всякий бред.
Он обернулся к мужчине, Кратер лежал, подбоченившись, на правой стороне, заметив его взгляд, тот перелёг на спину и закинул руки за голову, представ во всей красе.
— Как поживает твоя супруга? — сменил тему Клеменс, мстительно отмечая, как вытянулось от удивления лицо Кратера. — Когда она почтит этот город и первого сенатора своим присутствием?
Кратер захохотал и откинулся на подушки.
— Она даже не знает, что я трахаю её мужа, — сделав изрядный глоток, бросил Клеменс.
— Тебе обязательно нужно отыскать в человеке слабое место.
— Сама природа велела мне быть более строгим к вам. Оставим прежний разговор, — повторил Клеменс, осушая чашу с вином. — Скоро ты покинешь город, я не хочу тратить время на споры.
— Тебе незнаком стыд, — воскликнул Кратер. — Я всё время забываю, с кем имею дело.
Клеменс набросил на плечи накидку из тонкого шёлка и усмехнулся.
— Я сделаю для тебя всё. — Кратер не сводил с него взгляда. Тёмные глаза блестели от вожделения.
Веселье слетело с него. Улыбка померкла, и Клеменс помрачнел.
— Торгуешься? Ты прекрасно осведомлён, что я не могу стать твоей музой и тебе известна причина. — Клеменс повернулся к мужчине, возлежащему на ложе, правым плечом и оголил печать на смуглой коже, обрамлённую широким золотым браслетом. — Этот договор нерушим.
— Нерушим, как стены Трои? — Кратер отвёл лицо, словно ему было неприятно это напоминание, сплюнул и сел.
— И что ты скажешь своим сыновьям и дочерям? Сколько их у тебя? Пятеро? Что ты предал первого сенатора, а значит, и самого императора, которому присягал на верность? — Клеменс сыпал вопросами, всё повышая голос. — Их отец предал власть ради того, чтобы всегда было кому согревать его постель. Я не какая-то продажная девка, не нужно путать меня со своими шлюхами, — его голос исказился, Клеменс поморщился.
Кратер слез с постели и, подхватывая свою одежду, принялся одеваться.
— Люди привыкли считать муз легкомысленными и ветреными, но вот что ты должен помнить: я предан и верен тебе. Но я служу сенатору. Ты даже отдалённо не ведаешь, на что способен преданный слуга, — вернул Кратеру его же слова.
— Но что если ты нашепчешь своему сенатору разбить мои ряды? — мужчина посмотрел на него из-за плеча.
— Ты должен знать, что этого не произойдёт. Я даю слово.
Кратер поднял доспех и подошёл ближе. Потяжелевший взгляд блуждал по лицу Клеменса в поисках ответов.