— Мистер Бауэрман! — прокричал ему управляющий, ещё повезло, что у того запоздалая реакция. — Мистер Бауэрман, вам пришёл факс! И с вами пытался связаться мистер Джемисон Дош!
На хер Джемисона Доша и факс!
Эспер запер дверь и подскочил к столу за бутылкой воды. Он перемещался по номеру только благодаря адреналину, кипевшему в крови, и отчаянному желанию поскорее достать билет на поезд и как можно быстрее покинуть Неаполисс. Пускай он так и не приблизился к пониманию, что происходило здесь до смерти старика и очевидной причастности ко всему отца Дэвиса и самого наследника.
Вот придурок! Он же наверняка уже потерял эту работу! Ему сейчас не о странностях кучки местных англичан надо думать!
Для начала нужно проверить причинённый его телу ущерб. Объяснится с боссом потом. Сейчас следует успокоиться и взять себя в руки, а потом составить план действий.
Понимая архиважность поручения босса, левой рукой он подтянул к себе изгвазданный рюкзак и наклонился, чтобы проверить все ли бумаги на месте и в каком состоянии. Даже от такого минимального усилия в боку начало простреливать, жжение быстро распространилось по правой стороне вдоль рёбер. Если тренер узнает об этом — он труп.
На рюкзаке до сих пор виднелись мелкие осколки; впервые за долгое время он разглядел свои поцарапанные ладони с забившейся грязью под ногтями при ярком дневном свете, бьющем из окна.
В дверь деликатно постучались. Эспер застыл с папкой в руках.
— Мистер Бауэрман, прошу прощения за беспокойство, — раздался за дверью всё тот же голос. — Я видел, как вы поднимались по лестнице. С вами много раз пытались связаться, в том числе мистер Дош. Я сказал, что вас нет, но все ваши вещи остались в номере. Я не видел, чтобы вы брали их с собой. Возможно, я отлучался на минутку и не видел вашего возвращения, а, уходя спать, я всегда запираю двери. Ночью вы вернуться не могли — я так и сказал. Мистер Дош просил вас связаться с ним сразу же, как вы появитесь. Мистер Дэвис также хотел с вами поговорить. Я сообщил ему, что вы еще не покидали города, но и в гостинице вас не было. У меня факс от мистера Дэвиса. Мистер Бауэрман, вы там?
Мысли были только о душе. Всё тело нестерпимо чесалось, казалось, под кожей завелось что-то живое и, конечно, в таком виде он не мог не то что пойти в больницу, но даже просто спуститься в фойе.
Судя по мелкой щетине и по тому, что сейчас утро, он никак не мог проторчать в подвале всего одну ночь, выходит, прошли ещё целые сутки.
Пока управляющий развивал свою мысль, Эспер судорожно хлебал воду, чувствуя, как хрустит каменная крошка (или песок) на зубах. Успел обежать взглядом комнату, чемодан, прислоненный к стене, выложенную на кровати одежду, уселся и приник ртом к горлышку бутылки, допивая воду. В голове слегка прояснилось. Сердце выпрыгивало из груди, частое биение тяжело отдавалась в грудине, рёбра с правой стороны горели, хорошо ещё плечо болело несильно, хотя он упал прямо на расколотую каменную плиту — или из чего там состояла лестница, — и правая кисть была гибкой и подвижной, как обычно. Он никак не мог успокоить пульс и отдышаться. Одной рукой роясь в чемодане, обнаружил бутылку минералки из бара. Эспер порадовался своей запасливости. Пришлось сделать паузу, голова слегка кружилась.
Подсоединил покрытый сухой грязью мобильник в подзарядник. В тот вечер было где-то около девяти, когда он спускался в подвал. Он почти час провозился в кабинете мистера Финча, после чего отправился бродить по подвалу. Каким же бредом сейчас всё это выглядит!
Босс, должно быть, в бешенстве. У Эспера вырвался тяжелый вздох.
На изящных круглых часах на стене было 10:37. С того момента, выходит, прошли сутки и тринадцать часов — примерно, не беря в расчёт обратный путь до гостиницы. В голове запульсировало, и Эспер прижал уши ладонями, так и не выпустив бутылку из рук. Райвен Дэвис, конечно, мог сообщить Джемисону, как прошла встреча с мистером Вайсом, но все документы у личного секретаря, а он как сквозь землю провалился. Про себя подивился двусмысленности фразы: он ведь действительно был на много футов под уровнем земли. Эспер опасался, что его могут принять за какого-нибудь афериста: собственный шеф, но, что ещё хуже, наследник решит, что Эспер ненадежен и не заслуживает доверия. Райвен Дэвис едва ли захочет продолжать диалог с мебельной фирмой «Дош». Сделка не состоится, а для него это чревато большими неприятностями. Впервые он угодил в такую идиотскую ситуацию. Он никак не мог потерять эту работу: уж Джемисон Дош постарается, чтобы потом его не взяли ни в одну приличную фирму, тогда можно будет и не рассчитывать выкупить когда-нибудь студию. Проблемы наслаивались одна на другую.