— Значит, мне повезло нарваться на самую древнюю лестницу в доме? — вопрос был глупым и не требовал ответа, но мужчина воспринял его серьёзно и на мгновение прикрыл глаза, явно чем-то раздосадованный. По любому, его наивностью. Эспер не хотел заканчивать разговор вот так — выставив себя вандалом. Хотел произвести впечатление — действуй.
— Я больше не поставлю ваши слова под сомнение, сэр. Из-за меня у вас могли возникнуть неприятности.
На самом деле он опасался, что мистер Дэвис доложит об инциденте боссу, точнее, о том, что Эспер проник на частную территорию. Ну ещё расколошматил стекло. И лестницу сломал. И дверь.
Излишне бодрясь, Эспер чувствовал, что облажался, пытаясь пустить пыль в глаза, он ведь знал, что далёк от Арона Ралстона*, и в собственных неприятностях виноват сам. Рёбра тянуло от перевязки, от лекарств мутило: ему могли дать слишком большую дозу препарата, а желудок ещё не оправился после жёсткой диеты.
Тут чересчур громко зазвучала мелодия из «Величайшего шоумена», установленная на рабочие звонки. Сердце досадно ёкнуло от предчувствия. В этот момент Эспер ощутил всю тяжесть и усталость мира, давящего на плечи. Он не представлял, о чём и, главное, как преподнести Джемисону свою версию произошедшего, чтобы тот её проглотил и не подавился.
— Мистер Дош, — угадал мужчина. Туше.
Дэвис прерывисто вздохнул, словно разговор дался и ему тяжело, вытащил ладони из карманов, легонько хлопнул себя по коленям и распрямился.
Эспер захотел сбросить звонок. Он рассчитывал как — выспаться, сесть на поезд и основательно обдумать, что следует сказать, прежде чем звонить боссу.
— Ответь. Мне нужно сделать несколько звонков. Я ухожу.
Эспер на мгновение оторопел. Он не был готов, что мистер Дэвис уйдёт вот так просто.
Дэвис вернул стул на место и, кажется, на самом деле собирался уходить. Эспер ощущал двойственность: он и хотел, чтобы собеседник, присутствие которого в палате ему очень помогало, остался, и не хотел, чтобы тот слышал его разговор с начальником.
Нервно провёл по волосам, лохматя. Прикинул, какой бардак сейчас на голове: он так и не расчесал волосы после душа.
Райвен подошёл к нему и, наклонившись, протянул руку. Возникла шальная мысль, что Дэвис хочет забрать у него телефон, однако мужчина лишь нажал кнопку вызова медсестры в изголовье кушетки, на которой сидел пациент, после чего вышел из палаты. Осознав, что не дышал, резко выдохнул и тут же скривился от рези в боку.
Ощущая бледный запах чужого одеколона, Эспер приложил к уху разбитый экран. В трубке было слышно тяжёлое дыхание. Он легко представил эксцентричного постоянно бубнящего себе под нос начальника, от переизбытка эмоций вскочившего из-за стола.
— Эспер, чем ты, чёрт тебя побери, там занят, мерзавец? Какого хрена игнорируешь звонки? — голос зазвучал тише, словно говоривший прикрывал трубку рукой. — Мистер Дэвис перенаправил мне файлы.
У Эспера лихорадочно забилось сердце. Пришлось напрячь слух, чтобы ничего не пропустить.
— Полагаешь, я отправил тебя на курорт? Тебе было велено быть моими глазами и ушами. Соизволил, наконец, ответить? Ах ты, маленький говнюк!.. Слушаешь меня? Если я дал тебе свободу действий, то значит можно спрятать телефон и на голове стоять?
— Простите, сэр… мы закончили с наследниками обсу…
Басовитый голос ему тут же ответил грозным рычанием:
— Издеваешься надо мной? Скажи, что засунул телефон себе в задницу и игнорируешь мои звонки!
— Да я ничего ещё не говорю. Была пара невыясненных вопросов. Сэр, мой телефон…
— Тш-ш, хватит! Мы условились, что ты садишься на поезд в пятницу. За каким чёртом ты продлил гостиницу ещё на два дня?! Тебе нечем заняться? Думаешь, ты на отдых приехал? Решил заняться изучением окрестностей? Совсем охренел?!
Изнутри обдало жаром. В смысле — нечем заняться? Потратил кучу времени на изучение лесопилки, они с наследником несколько часов убили на обсуждение деталей и просмотр бумаг. Не говоря уже о встрече с супружеской парой. Он развлекался здесь, что ли?
Пожалуй, сейчас он даже был рад, что мистер Дэвис не слышит этого разговора.
Он на двое суток выпал. Исчез с важными бумагами и не выходил на связь, при том, что должен был вернуться в Лондон в пятницу.
— Вы ни о чём не хотите меня спросить?
Всё это время босс что-то вещал и сейчас просто взорвался:
— О чём я должен тебя спрашивать!? Не был бы ты у нас звездой спорта, я бы решил, что ты околачиваешься по клубам, но я тебя хорошо знаю.