У Дилана отвисла челюсть, его глаза расширились от изумления и недоумения.
— Это… это невероятно.
— Он не знал, что это я, — быстро сказала Кэтрин. — Пока мы не спустились сюда, на причал, и он, наконец, не посмотрел мне в глаза. До этого я была для него просто работой. Этим он и занимался. Убивал людей. Все эти годы… все эти кошмары… все эти жертвы… это были его жертвы. Я видела, как они умирали. Видела, как он убивал, и не могла его остановить. Я никого не смогла спасти, даже родную мать.
Ее глаза наполнились слезами.
— Я вспомнила ночь ее смерти, всё… как вылезла из кроватки, когда они начали кричать, те ужасные вещи, что он ей говорил. Он считал ее сумасшедшей. Он был под кайфом. Вел себя как дикое, злобное животное, намеревающееся разорвать свою жертву на части. Один раз я попыталась обхватить его ногу руками, но он отбросил меня прочь, и после этого я просто стояла и смотрела. Как я могла так поступить, Дилан? Как могла ничего не сделать?
— Ох, Кэтрин, ты была маленькой девочкой. — Он притянул ее в объятия, прижимая ее лицо к своей груди, гладя по волосам. — Ты пыталась его остановить, но не смогла. Никто бы не смог.
Она хотела верить ему, и в глубине души верила, но эмоциональное чувство вины еще долго будет течь по ее венам.
— Возможно, я бы не смогла, — призналась девушка. — Но все же должна была стараться сильнее.
Он отстранил ее от себя, заглянув ей в глаза.
— Ты чертовски старалась спасти меня, и тебе удалось. Думай об этом, Кэтрин. Отпусти прошлое. Все кончено. Он мертв. Его нет.
— Хотела бы я быть уверена, что он не выйдет сухим из воды. Что, если он просто уплыл? — По выражению лица Дилана она поняла, что он рассматривал ту же возможность.
— Не думаю. Я видел, как его глаза вылезли из орбит, когда стискивал его шею. Он не мог дышать. Он тонул.
— Но ты сказал, что ударился обо что-то твердое. Должно быть, он приложил тебя головой о сваю причала. Ты был без сознания, когда я прыгнула в воду. Он мог сбежать.
Дилан кивнул в знак согласия.
— Возможно. Но ты ведь его не видела?
— Нет. Только кровь повсюду.
— Думаю, он мертв, но ты не обязана мне верить. Ты сама знаешь, что у тебя на сердце. Что ты чувствуешь?
Что она чувствовала? Кэтрин покачала головой, не уверенная, что сможет обратиться к своим способностям так скоро.
— Не знаю. Я в замешательстве. И очень не хочу снова пытаться связаться с ним.
— Это понятно.
— Ты, наконец, веришь моей связи с кем-то? — спросила она, немного пораженная мыслью о том, что Дилан безоговорочно поверил в нее. Она думала, что его логическое мышление никогда не сможет принять эту ее часть.
— Она привела меня к тебе, — сказал он. — Я слышал, как ты говорила со мной. Описание коттеджа, кормушки для птиц, каменной трубы.
— О, Боже. Правда? Так ты говоришь, что слышал голоса в голове? Лучше не говори об этом полиции. Они отправят тебя в психушку.
— Не голоса, а твой голос. — Он медленно улыбнулся. — Очевидно, ты не единственная, кто может быть чуточку экстрасенсом, но почему бы нам не оставить это между нами?
Его улыбка померкла, глаза стали более серьезными.
— Я тоже вспомнил то место из прошлого. Мама часто приезжала туда. Думаю, здесь она встречалась с моим родным отцом. В этом месте должен быть какой-то смысл. Это все, о чем я могу думать.
— Жаль, что мне не удалось заставить отца сказать, кто его нанял.
— Мы знаем, Кэтрин. Все всегда сводилось к нашим родителям и странным параллелям между нашими жизнями. Не верится, что признаю это, но я начинаю понимать, что жизнь состоит не только из фактов. Она не только черно-белая, а наполнена миллионом оттенков серого и вещами, которые не имеют смысла.
Кэтрин знала, что Дилану потребовалось много усилий, чтобы понять, что у него нет ответов на все вопросы, и что он не полностью контролирует свою жизнь или судьбу. Но он начинал принимать свои эмоции и верить в то, чего не понимал.
Какое-то время они просто сидели на галечном пляже, глядя на воду. Она не знала, искал ли Дилан признаки ее отца, но она определенно искала. Ему пришлось бы проплыть долгий путь, чтобы скрыться из виду и иметь возможность незаметно добраться до берега, но нет ничего невозможного. Вероятно, ей просто хотелось в это верить.
— Надо идти, — сказал Дилан. — Но прежде чем мы покинем остров, прежде чем вернемся, чтобы встретиться лицом к лицу с моим отцом, я хочу проверить, смогу ли найти здесь кого-то, кто точно скажет мне, как утонула мама. Может, кто-нибудь из соседей знает. Из тех, кто живет на острове уже много лет.