— Даже не сомневаюсь. Удивительно, что тебе пришлось дождаться конца истории, чтобы затащить ее в постель.
— Я никогда не занимался с ней сексом ради информации.
— Но мог бы, да?
— О чем ты пытаешься спросить меня, Кэтрин? О том, как далеко я могу зайти? — бросил ей в запале.
— Возможно. Я ведь не знаю тебя, Дилан. Ты попросил стать твоим напарником, союзником. Я лишь хочу узнать твои границы.
— У меня нет границ. — Ему не особо понравилось впечатление, которое она сформировала о нем, но он не мог отрицать, что может быть безжалостным в своем стремлении рассказать людям историю. — Я пойду на многое, чтобы добиться правды.
— А линии, которые ты не способен пересечь?
— Пока таких не было.
Она склонила голову, подарив ему задумчивый взгляд.
— Я тебе не верю, Дилан. Думаю, у тебя все же есть совесть, даже если ты не хочешь этого признавать. А еще верю, что ты волнуешься об Эрике, не из-за того, что она сделала с тобой прошлой ночью, а ради нее самой.
— Понятия не имею, откуда у тебя появились подобные мысли. Прямо сейчас мне хочется свернуть ей шею.
— Ладно. Ты гадкий и бессердечный… я поняла. Давай вернемся к делу Равино.
— Эрика рассказала мне, что Дебора знала об их романе, так как та приходила к ней на квартиру. Эрика, которая временами неплохо соображает на ходу, решила записать разговор без ведома миссис Равино, так как решила, что со временем ей эта запись пригодится. Во время разговора Дебора призналась, что поставила в известность сенатора относительно его интрижки с Эрикой и что у нее есть фотографии, которые она готова передать прессе, если он немедленно не прекратит свои свидания с любовницей. Кроме того, она собиралась развестись с ним, а согласно их брачному соглашению доказанная неверность обошлась бы ему в миллионы. По всей видимости, супруга сенатора отправилась к Эрике, чтобы привлечь девушку к сотрудничеству. Она даже предложила любовнице значительную сумму денег, чтобы та прекратила любые контакты с сенатором.
— Эрика взяла деньги?
— Она обдумывала предложение, когда миссис Равино убили. Записанный разговор, кстати, был принят в качестве мотива преступления со стороны сенатора. Но и этого было недостаточно, ведь не было никаких доказательств, что именно сенатор накачал жену ботоксом, пока на сцене не появился я.
Дилану было трудно скрыть в голосе хвастливую ноту. Он был чертовски горд своим достижением.
— Я выяснил, что когда сенатор вместе с несколькими другими членами конгресса штата ездил в Мексику, дабы обсудить проблемы торговли и иммиграции, он также побывал у одного мексиканского врача, предложивший свою собственную версию ботокса со скидкой. Получив новую информацию, кабинет коронера повторно провел исследование ткани и токсикологический анализ и обнаружил, что вещество, предложенное этим врачом, соответствовало тому, что было найдено в крови Деборы.
— Впечатляет, — сказала Кэтрин. — А учитывая, что Дебора не посещала никакой Мексики, только ее муж мог привезти в Штаты этот яд.
— Но и этого было недостаточно. Сенатор утверждал, что его жена просто попросила его купить лекарства со скидкой. К несчастью для него, я обнаружил денежный след, который показал, что сенатор заплатил мексиканскому врачу в пять раз больше действующего курса. Кроме того, я нашел подругу Деборы, готовую засвидетельствовать, что Дебора ни за что не стала бы употреблять какие-либо лекарства из Мексики. Оказалось, их подруга чуть не умерла от таблеток для похудения, купленных у того же врача.
— Вот, значит, как у сенатора возникла идея? — предположила Кэтрин.
— Лично я считаю, что да, — кивнул Дилан.
— Отличный способ убить свою жену, ведь даже имея все доказательства на руках, было бы не так легко, без всякого сомнения, объяснить мотив.
— Согласен. Ситуация настолько запутана, что лишь, когда разложишь все по полочкам и увидишь цельную картину, становится ясно, что же на самом деле произошло. Прокурору в любом случае нужно еще доказать вину обвиняемого.
— Теперь понятно, почему сенатор ненавидит тебя, учитывая, что ему удалось избежать ареста за убийство, пока ты не влез в это дело. Если он убил жену, что помешает ему сделать это снова? Но неужели он возненавидел Эрику так же, как и тебя… или даже больше? Она, в конце концов, предала его. Почему он использовал ее, чтобы тебя подставить? Почему бы ему не подставить вас обоих?
Кэтрин делала верные умозаключения, он тоже уже не раз задумался об этом.
— А может, он именно этим и занимается? — снова заговорила Кэтрин. — Возможно, Эрика думала, что подставляет тебя, когда на самом деле…