— В дом к моей бабушке, — отозвался он, удивив ее своим ответом
— Ты серьезно? Мы не можем поехать в семейный особняк.
— Успокойся. Это идеальное место. У моей бабушки другая фамилия. Где-то лет десять тому назад она повторно вышла замуж и взяла фамилию своего второго мужа. Дом принадлежит ему, поэтому копам придется очень постараться, чтобы найти меня там. К тому же у нее есть машина, которой мы можем воспользоваться, учитывая, что от твоей нужно избавиться.
— Мы говорим о твоей бабушке, что сейчас в доме престарелых? — поинтересовалась она, соглашаясь с его планом.
— Именно. У нее небольшой домик в округе Сансет, в котором никто не живет. У меня есть ключ, так как я иногда бываю там, чтобы проследить за работой уборщиков и садоводов.
— Что случилось с мужем бабушки?
— Он умер три года тому назад.
— Ты близок с ней?
— В некотором роде. Она — хорошая женщина. Хотя трудно поверить, что у них с отцом одна кровь. Она верит во вторые шансы, а он — эгоистичный ублюдок. Ее единственный недостаток — то, что она не смогла увидеть истинное лицо отца, поэтому я никогда ей не рассказывал про то, как он поступал со мной. Я пытался несколько раз, но она отмахивалась. Думаю, бабушка просто боялась верить в подобное.
Кэтрин в понимании кивнула. Многие люди делают вид, что все в порядке, когда дело касается насилия. Никому не хочется видеть или признавать, что тот, кого ты знаешь, способен на ужасные поступки. И даже если Дилан вел себя непринужденно, ему точно было больно, когда он осознал, что никто не придет к нему на помощь. По крайней мере, у него был брат.
Дилан остановил машину на красный свет и посмотрел на нее.
— Кстати, ты не голодна?
Ее живот сразу же заурчал в ответ.
— Теперь, когда ты сказал об этом, я ужасно хочу есть. Завтрак был давным-давно.
— Недалеко от домика бабушки есть неплохой итальянский ресторанчик «У Антонио». Можем, по дороге заехать туда и что-нибудь захватить с собой.
— Было бы здорово. А что теперь ты планируешь делать со своей работой, Дилан?
— До понедельника мне не нужно на работу. Если к тому времени, мы не найдем Эрику, возьму больничный. Я лишь надеюсь, наши новостники не доберутся до этой истории.
— Озеро Тахо довольно далеко отсюда.
— Ага. Вот только главный подозреваемый в исчезновении женщины из Сан-Франциско на озеро Тахо — это известный репортер канала KTSF. Неплохой анонс, не так ли?
— Прикольно звучит. А еще я рада, что меня ты не упомянул.
Он бросил на нее внимательный взгляд.
— Я пытаюсь, Кэтрин, но я не могу обещать, что ты не окажешься в эпицентре событий. До того, как все это закончится, ты вполне можешь стать соучастницей убийства… или того хуже.
— Я даже знать не желаю относительно «хуже», — сказала она.
— Но уже представляешь, не так ли?
Видений не было, хотя интуиция подсказывала ей, что Эрика, возможно, не единственная, кто должен был умереть.
* * *
Спустя полчаса, когда молодые люди добрались до дома бабушки, Кэтрин, наконец, отвлеклась от своих негативных мыслей. Расположившись на углу, светло-голубого цвета домик был разделен забором с соседним домом. Коттедж находился примерно в полумиле от пляжа, и Кэтрин, едва выйдя из машины, почувствовала запах соленого морского воздуха.
В небе появилось некое зловещее чувство. Солнце уже село, и тяжелый туман сгущал воздух. Кэтрин казалось, будто весь мир сужался вокруг них, и с каждым мгновением ловушка становилась теснее. Она уверяла себя, что это просто параноидальные мысли, тем самым пустив свое воображение в свободный полет, но дрожь, поднимавшая волосы на затылке, почти никогда не обманывала. Что-то плохое должно было случиться. Она просто не знала когда.
Оказавшись внутри дома, Дилан включил небольшую лампу на столике рядом с дверью.
— Поедим на кухне, — предложил он. — Она в задней части дома, поэтому никто не поймет, что здесь кто-то есть, хотя соседи пожилые и вряд ли они заметят, даже если рядом будет грохотать вечеринка.
Бабушкин домик источал разные ароматы — где-то сладкие, а где-то грустные, подумала Кэтрин, входя на кухню. На прямоугольный дубовый стол, что стоял посреди комнаты, она положила пакеты с едой, которые они забрали из ресторана. Кухня была старенькой: поцарапанные и пожелтевшие белые шкафы, изношенная плитка, приборы десятилетней давности. Дом казался немного одиноким без хозяйки.
— Сколько времени прошло с тех пор, как ваша бабушка жила здесь?