— У нее действительно куча проблем, — заговорила Джоанна. — Если честно, совершенно не удивлюсь, если она не вернется сюда, особенно после произошедшего. Нельзя кусать руку, что тебя кормит, особенно когда эта рука принадлежит сенатору штата. Она рассказывала вам, что натворила?
— Ага. Она оказалась в такой неприятной ситуации, — медленно произнесла Кэтрин. — Эрика ужасно себя чувствует из-за случившегося.
— Ей вообще не следовало общаться с тем журналистом. Надо было держать рот на замке. Я думала, она умнее.
— Она просто боялась, что могла оказаться следующей, — ответила Кэтрин. — Надеюсь, с ней ничего не случится.
Впервые на глаза Джоанны набежала тень.
— Я тоже надеюсь, что все будет в порядке. Хотя я уверена, что она уже где-то там лежит на пляже, попивая «маргариту» и занимаясь собственным загаром. — Джоанна закрыла за ними дверь. — Если Эрика вернется, я скажу ей, что вы приезжали.
— Спасибо. Буду очень благодарна.
Едва Джоанна вошла в свою квартиру, как Кэтрин с облегчением вздохнула. Она быстро пошла по улице, вполне довольная собой. Впервые за последнее время она покинула собственную зону комфорта и рискнула, что было хорошо. Казалось, она снова живет, а не прячется в тени. И это было чертовски вовремя.
Добравшись до кафе, она увидела, как Дилан нетерпеливо прогуливается перед витриной.
— Что произошло? — потребовал он.
— Где мой чай?
Он указал головой на чашку на соседнем столике.
— Он, скорей всего, уже остыл. Ты довольно долго отсутствовала.
— Потому что я проделала отличную работу, — с гордой улыбкой заметила она.
— Я видел, как ты заходила в квартиру к Эрике. Как тебе удалось?
— Сказала Джоанне, что беспокоюсь об Эрике. Она нашла эту брошюру. Соседка сообщила, что Эрика собиралась в отпуск и, похоже, она намеревалась лететь сюда.
Дилан забрал флайер.
— Гавайи, да? Сомневаюсь, что она оказалась так далеко, но, возможно, она именно туда и направляется.
— У меня еще кое-что есть. — Эрика вытащила чековую книжку Эрики и увидела, как у Дилана заблестели глаза. — Не плохо, да?
— Совсем не плохо. С ее счетом мне удастся отследить поток денежных средств между ней и тем, кто заплатил ей за мою подставу.
— Это было написано на блокноте возле ее телефона. — Кэтрин передала ему листок бумаги. — Я не знаю, кому принадлежит этот номер, но, возможно, это важно. — Она быстро вздохнула. — И у меня было видение, как Эрика рылась в карманах в поисках ключа. К кольцу был прикреплен разорванный лист бумаги с цифрами три, семь, четыре. А еще были записи о месте: сразу после моста, на Фэлкон налево, розовые цветы в горшке на подоконнике, — отчиталась она, стараясь вспомнить каждое слово. — Я не знаю, от чего этот ключ… может, от номера на гавайском курорте. — Она открыла сумочку и вытащила блокнот, когда закончила говорить. — Мне лучше все записать, пока не забыла, — и Кэтрин взялась за ручку.
— А ты молодец! — с восхищением произнес Дилан.
— Знаю, — сказала она, не пытаясь скрыть нотки удовольствия в голосе. — И я думаю, что заслужила награду.
— Я уже заказал тебе чай.
— Я подумала о кое-чём более интересном.
— Неужели? И о чем же?
Она обняла его за шею и прижалась губами к его, отпуская себя, смакуя горячность его рта и испытывая головокружение при каждом поцелуе. Она не хотела отрываться, но пронзительный стук кофемашины по приготовлению капучино напомнил ей, где она находилась.
Отодвинувшись от него, с легкой улыбкой она произнесла:
— Спасибо.
Его глаза потемнели, стоило ему сжать ее талию.
— Почему ты благодаришь меня?
— Потому что позволил мне сделать все самой, хотя ты сам хотел обо всем расспросить Джоанну. Я, наконец, чувствую, что по-настоящему помогаю тебе. — Она замолчала. — Тебе, наверное, трудно поверить, но я привыкла бороться за себя с самого детства. Я была довольно напористой. Даже не знаю, что со мной случилось. Наверное, я устала. Я потеряла свой путь. Я просто позволила собственным кошмарам управлять моей жизнью. Я сдалась. Но сегодня, пусть и небольшой, я все же сделала шаг к тому, чтобы вернуть обратно свою жизнь. Потому что ты разрешил.
— Потому что ты попросила, — исправил он ее. — Я ничего тебе не позволял.
— Ты просто сейчас стараешься быть милым.
— Признаваясь, что я не слишком великодушный человек? — поинтересовался он, приподняв бровь.
— Позволив мне взять на себя всю ответственность.
— Ну, надеюсь, найденные тобой подсказки помогут нам обоим вернуть обратно наши жизни.