Кэтрин проснулась вся в поту и, дезориентированная, прямо села на постели. Ужасные крики все еще эхом отдавались в ее голове. Она была в доме бабушки Дилана, дошло до нее, наконец. Ее взгляд переместился на часы. Было 2:37. Что-то было не так.
Дверь резко открылась и она, защищаясь, прикрылась руками, после облегченно вздохнула, когда поняла, что это был Дилан.
— Какого черта это было? — потребовал он ответа с обезумевшим и обеспокоенным взглядом.
— Кошмар приснился.
Она убрала прядь влажных от пота волос за ухо и вздохнула. Как всегда беспокойная, неослабевающая энергия наполняла ее тело, внутри возникла отчаянная потребность освободиться от страха и тьмы. Она скинула ноги с кровати и встала. У нее не было красок, но ей нужно было найти способ освободить свои эмоции.
— Что ты делаешь? — поинтересовался мужчина.
Она подошла к своему рюкзаку и вытащила блокнот и цветные карандаши. Заняв кровать в позе лотоса, она начала рисовать — ее рука порхала по странице, выстраивая линии и углы, исходящие из ее подсознания. Она продолжала снова и снова, пока в какой-то момент ее рука не сжалась, и карандаш не упал на матрас. Кэтрин откинула блокнот на кровать и выдохнула. Сделав это, она поняла, что все это время Дилан, стоя у подножия кровати, наблюдал за ней.
Он наклонился и взял в руки блокнот.
— Этот рисунок не похож на предыдущие. Все намного отчетливее, появилась конкретика. Что это за место?
Кэтрин не обязательно было смотреть, чтобы припомнить, какие линии она нарисовала. Дилан прав: она вспомнила больше деталей, чем обычно, густые деревья и кусты, тень фигуры, присевшая перед стеной, что пряталась и испытывала страх. Когда пришло осознание, ее сердце забилось быстрее.
— Думаю, Эрика в беде. Я слышала ее крик.
— Уверена, что это была она? Ты раньше говорила, что тебе не раз снились кошмары, и ты всегда слышала крики.
— Сейчас все было по-другому. Обычно я просыпаюсь в 4:44.
— То есть?
— Все всегда происходит в это время, — ответила она, не желая рассказывать ему, почему именно эти часы столь важны для нее. Его это не касалось, так что ему необязательно знать.
Дилан взглянул на часы.
— А время не пришло, еще целых два часа. Что ты помнишь из своего сна?
— Кто-то меня преследует. Я столкнулась со стеной. Он продолжал наступать. Я почувствовала во рту страх. — Кэтрин прямо посмотрела в глаза Дилана. — Эрика — та самая фигура на рисунке. Она в ловушке.
— В парке? Прямо сейчас? Пока мы говорим? — уточнил он.
— Не могу точно сказать, сейчас ли это происходит, но в моем сне было темно. Парк пугает ее. Она поняла, что осталась одна в этом месте.
— В городе десятки парков.
— Он огромный. Она очень долго бежала. Затем сошла с дорожки. Деревья там высокие, да и кусты расцарапали ей руки. Она думала, что сможет спрятаться.
Дилан прошелся рукой по волосам.
— Мне надо ехать в парк.
— Но ты только что сказал, что не знаешь в какой.
— Самый большой — Парк «Золотые ворота». Он в самом центре города, и вокруг есть здания.
Кэтрин не хотела, чтобы он уходил. Не хотела, чтобы он столкнулся с опасностью, окружившая Эрику, но она знала, что не сможет остановить его. Дилан был человеком действия, и пусть даже Эрика разрушила его жизнь, он все равно рискнет, чтобы спасти ее.
— Расскажи еще что-нибудь об отличительных знаках, что ты увидела. Может теннисные корты, озеро, лодки, розарий… Черт, что еще может быть в парке?
Она на мгновение призадумалась, но образы исчезли из ее головы.
— Дилан, кажется, слишком поздно.
Он резко вскинул голову.
— Не смей так говорить. Не говори мне, что Эрика мертва. Я найду ее, — и выбежал из комнаты. Через несколько минут он соберется, ей следует пойти с ним.
Вскочив с кровати, она накинула длинный свитер поверх кофты и пижамных штанов, сунула ноги в теннисные туфли и поспешила вниз по лестнице. Дилан успел надеть толстовку и копался в тумбочке, что стояла в холле.
— Что ты ищешь?
Он ответил, вытащив фонарь, проверил его, и луч света запрыгал по полу.
— Работает. Ты едешь?
— Мы же напарники. Должны держаться вместе.
— Тогда поехали.
По мере приближения к бабушкиной машине, Кэтрин осторожно оглядывалась. Была середина ночи и вокруг одна тишина. В квартале не было движений, никаких признаков того, что кто-то сидит в машине и наблюдает за ними. Похоже, никто не знал, где они, по крайней мере, пока.
Оказавшись внутри, она быстро заперла двери, и Дилан завел двигатель. Девушка надеялась, что они успеют помочь Эрике. Возможно, ее видение касалось будущего, а не прошлого. Все было возможно. Она попыталась ухватиться за позитивную мысль, восхищаясь тем, что Дилан не отклонился от собственной цели. Он был полон решимости добиться успеха. Неудача для него не вариант.