Приоткрыла рот и позволила происходить всему, что он хочет.
Меня накормили. Очень, очень вкусно так накормили. Вольт всё время следил за тем, как я ем и подносил к лицу стакан с какой-то жидкостью, очень похоже на… что-то типа ромашкового чая с травами, но как сок. Не сладкий, именно такой, как мне и хотелось.
Тело резко потяжелело и мне теперь хотелось лишь одного…
— Всё, больше не могу. — отказалась от очередной порции, наколотой на вилку. Вкусно, но я уже как колобок. — Спать. Отнеси меня на кровать. — прикрыла глаза и привалилась боком к его груди.
Он сделал ровно так, как я попросила. С одним исключением.
Меня уложили на спину, а следом… аккуратно убрали полотенце.
Вот. Об этом я и говорю. Он никогда не изменится. Накормил? Накормил. Спать уложил? Уложил. А теперь раздвинь ножки, Ариана.
Из серии…: «Дорогая, ты спи, спи, я сам всё сделаю».
Я бы может и хотела сбросить напряжение отличным сексом, но… не так. Вот вообще не так.
Люблю играть в беззащитную жертву, а Саймон был доминантом в те моменты, это заводило. Дико заводило. Но он делал всё правильно. Очень сексуально, да еще и со словечками.
Но в реальности — это не игра. А мне так не надо. Это противно и мерзко. Мерзко от себя потом становится. Неужели он не понимает?
Я не открывала глаза, прислушивалась к звукам вокруг, не шевелясь. Всё пыталась понять, куда же он отошел? А потом дошло. Даже захотелось рассмеяться в голос. Он надел на меня трусики и пеньюар. Приятный такой, с очень нежной тканью.
Решил приодеть свою куклу посексуальнее? М, понимаю.
Он накрыл меня сверху одеялом, а потом просто лег рядом и снова прижал к себе.
— Спи, Ариана. Завтра сходим на базар, развеешься, познакомишься с миром. Я буду рядом, никто тебе больше не навредит. — я не ответила и не раскрыла глаза. Просто слушала, постепенно уплывая в сон. Было хорошо, если честно. Хоть он и скотина, но с ним есть это чувство, чувство безопасности. — И… прости меня. Больше я не возьму тебя без спросу. — А вот тут я охренела. Даже глаза раскрыла. — Я постараюсь сделать всё, что бы твоя жизнь здесь была хорошей. А ты… ты научи меня. У меня никогда не было такой… да вообще, никогда не было никого. Я не жил с девушкой и не знаю, как себя вести. — он поцеловал меня в макушку, а снизу прижался его ствол в полной боевой готовности. Аж внизу всё заныло от желания.
Тело — предатель!
— Вольт… — произнесла я хрипло.
— Не возьму, не бойся меня, Ариана. Больше этого не повторится. Я только спать с тобою буду, это выше меня. Не уйду в другую комнату. Хочу чувствовать тебя рядом. Хотя бы ночью. Пусть это будет моим временем.
Он не понимает, что просто будет мучить себя этим? Вечный стояк — очень плохо. Но это лишь его проблемы. Да? Да!
Нет! Я ведь тоже не железная. И мне понравилось то, что он сказал, А внутри, где-то очень и очень глубоко, я даже посочувствовала ему. Но это не повод прямо сейчас, после всего, что я ему высказала — раздвигать ноги. Пусть помучается, Мужик. Заслужил!
— Ты говоришь правду? Больше никогда меня не возьмешь против воли? — прошептала тихо, а внутри уже план мести нарисовался. Чисто по-женски.
— Да. Никогда, если сама того не пожелаешь. — ответил холодно, но я уже привыкла к его тону. Если прислушаться, то можно в нём уловить еле заметные нотки грусти. Неужели я понемногу сама учусь его понимать? Удивительно.
— И больше не будешь ко мне относиться так, будто у меня нет права и голоса? Будешь относиться ко мне как к равной? — сделала голос твёрже, показывая, что я не приму отрицательного ответа. Куй железо, пока горячо, Ари. — Вольтозар, хочу предупредить тебя заранее, если ты желал иметь рядом рабыню, то я не из таких. Спалю твою замок к чертям, разрушу всю твою жизнь и ты сильно пожалеешь, что спас меня тогда в лесу.
Он выдохнул устало. Видимо денек у него тоже был не простой.
— Чего ты хочешь? — ответили мне над головой. Он готов к разговорю, это хорошо. Очень хорошо.
— Свободы, я останусь с тобой тут по своей воле, но… я хочу свободы. Жить нормальной жизнью и устраивать ее под себя. Я женщина с запросами, Вольт. С немаленькими запросами. Всю свою жизнь выстроила сама, поднимаясь по карьерной лестнице наверх. От меня отвернулся отец, когда я отказалась играть по его правилам и лишил меня средств на существование, ошибочно подумав, что я приползу и кинусь ему в ноги. Этого не случилось, я не глупая и у меня есть гордость. Я много зарабатывала и ни в чем себе никогда не отказывала. Здесь я хочу быть свободной и счастливой. И… постараюсь научить тебя чувствовать. — последнее произнесла тише. Мне самой будет лучше, если бы он ощущал меня. — Но, я тоже не железная и очень люблю секс. Без него жизнь будет скучной и серой. Возможно, только возможно, я покажу тебе, как я люблю и у нас он будет регулярным. Только никакой грубости, настоящей грубости, Вольтозар. Но об этом потом. Мы договорились?