— Мы можем поговорить? — Выдернул меня из моих невеселых мыслей голос Рима.
Я и не заметила, как оказалась у фонтана. Видимо, слишком была зла на них.
— Вот совершенно не хочется… Веришь? — невесело усмехнулась. Он стоял как вкопанный, не приближаясь. — Знаешь, у меня такое впервые. Хочешь сделать мужику приятное, а он помер. Потом ожил, оказался без глаз и вдобавок оружие страшное вытащил из-за спины. — Опустила голову вниз и прикрыла глаза ладонью.
Всё! Кроет меня. Не железная.
— Я понимаю… И… — Не дала ему договорить.
— Ни черта ты не понимаешь, Рим! — Взглянула на него со злостью. — Никто из вас! Вы живете в этом сраном мире с идиотскими законами с рождения! А я… Я не могу так. — Мой голос дрогнул. — Мне, блять, тяжело… Пиздец как тяжело. Я домой хочу… — Отвернулась от него, желая скрыть слезы. — Просто домой… И всё…
Обняла себя руками и пыталась успокоиться. Не хватало еще тут разреветься перед ним, как маленькой.
— Могу я тебя обнять, не испугаешься? — Очень тихо прошептал чуть ближе.
Посмотрела на него и не смогла огрызнуться. Не в том я сейчас состоянии.
Можешь… И я даже хочу этого. Желаю ощутить защищенность. Спокойствие. Мне этого так не хватает. Какие-то мелочи, но так важны сейчас…
— Делай уже что хочешь… — Получилось грубее, чем хотелось.
Он подошел бесшумно и, подняв на руки, присел со мною, уместив мою тушку боком на своих коленях.
Уткнулся носом в волосы и шумно вздохнул.
— Я… Я сам не совсем знаю, кто я, Ариана. Просто таким родился и всё. Когда накрывает, то со мною происходит то, чему ты была свидетелем.
Да уж… Я такое точно не смогу забыть. И получается, что у него не было родителей? Уместно ли о таком спрашивать?
— Это был просто минет, Рим. Ничего опасного я не делала. — Выдохнула и уложила голову ему на грудь. Устала я. Посижу пока так.
— Знаю, что не делала. И мне… Мне было очень хорошо с тобой. Еще раз прости, что так вышло, и дай мне шанс исправиться. Если можешь… — Большой, красивый, сильный мужик, но произносил все эти слова с болью в голосе. Как так-то, а? Неужели настолько цепанула?
Подняла голову и прищурившись посмотрела на него.
— То есть… ты хочешь, чтобы я снова тебя приласкала? — Он медленно кивнул. — Понравилось, значит… а если ты опять впадешь в это страшное состояние?
— Не будет этого. — Поспешно ответил он. — Я сдержу себя, обещаю.
Что только не скажут мужчины ради хорошего минета? Вот-вот!
Облизнулась, раздумывая над его словами и вспоминая красивый член.
— А привязку можно сделать именно таким образом? Или мало только минета? — Ну а что? Если он скажет, что сексом не обязательно заниматься, то я… блин, я расстроюсь, если честно.
— Не думаю, что этого хватит. — Задумчиво произнес Рим.
Бинго! Вот и отлично.
— М, значит всё-таки потрахушки. Ну ок… — Улыбнулась, уже представляя его внутри себя, как и сильные руки на своих бедрах. Ничего, научу всему, что умею, а дальше… Дальше уже сам раскроется.
— Ты согласна? — В его голосе была слышна радость и удивление.
Что, не ожидал? С таким «дружком» ты вообще смог бы мой мир покорить в порноиндустрии. Так же, как и Вольт. Но хренушки… Мне самой мало!
— А у меня есть выбор? — Усмехнулась. — Будто мне его кто-то оставил.
— Есть. Ты можешь мне отказать. Я же вижу, что неприятен тебе. — Абсолютно серьезно произнес он, а на лице снова не было эмоций. Эй! Мы только начали из проявлять! А ну верни обратно!
Боже, ударьте этого идиота кто-нибудь. Он себя в зеркало вообще видел?
— Ромашечка моя, открою секрет… был бы ты мне неприятен, я бы не делала того, что тебе так понравилось. Уяснил?
Он моргнул пару раз. Видимо, долго до мужика доходит смысл моих слов.
— Понял. — Кивнул, а в глазах появился блеск и предвкушение «сладенького».
— Вот и отлично. — Похлопала его по груди. — Покажи мне территорию, а потом найдем укромное местечко и закончим начатое.
40. Прогулка
Ну, что могу сказать, территория поистине огромная. Вот только пустая больно, души в ней нету, чтоли.
Деревья… деревья… фонтаны… кусты с цветами. И всё. Ничего интересного.
Скукота-а…
Если каждый день здесь гулять то, точно будет казаться, словно в дурдоме находишься, а сейчас, пришло то самое время для «выгула» на свежем воздухе.