- Крестный, так вы мне не поможете? - прошептала убитая Ческа.
- Помогу. Ты дочь моего покойного друга, герцога Эдуардо. Ты моя крестница. Я не оставлю тебя в беде.
- О, крестный!..
- Да, я помогу тебе, Франческа. - Он торжественно взял ее за руку и слегка сжал тонкие пальчики девушки. - Мы с тобой поженимся.
Ческа уставилась на него во все глаза.
- Что? - изумленно пролепетала она.
- Поженимся. Ты станешь моей женой.
- Крестный! Вы шутите?
- Нет. Я вполне серьезен.
- Я не верю… - Она отняла свою руку и даже отступила от него. - Вы что же… вы... меня любите?
- Ох, ну какое же ты еще дитя, милая моя! - засмеялся Чезарио. - Франческа, ты слишком юна и восторженна. Ты много читала, но сказки, поэмы и рыцарские романы едва ли научат тебя подлинной жизни… Я люблю тебя, да. Как дочь. А то, что я предложил тебе — это ненастоящий брак. Ты станешь моей почившей супругой, Орабеллой.
- Ах вот как! - с облегчением воскликнула Ческа. - Тогда… я согласна!
- А твоя камеристка станет горничной. Моя супруга Орабелла всегда носила густую вуаль - из-за своей болезни, очень изуродовавшей ее когда-то — ты ведь помнишь? - такое прекрасное лицо… Не так давно врач посоветовал жене поездку к морю, и, если б она очень сильно не ослабела и не стала умолять меня отложить путешествие, я бы выполнил эту рекомендацию.
- Я понимаю, - сказала Ческа.
- Никто не знает о смерти Орабеллы, и это очень облегчает дело. Я немедленно отправлю слугу к начальнику дворцовой стражи с просьбой выпустить меня и мою больную жену из города для поездки в Римини. Уверен, разрешение мы получим. И выедем через южные ворота, якобы направляясь к морю… Но затем я велю кучеру повернуть лошадей на север.
- Замечательный план! - промолвила Ческа.
- Мне кажется, он хорош еще и тем, что едва ли твой брат Гвидо заподозрит тебя в намерении бежать в Верону, - заметил Чезарио. - Учитывая все обстоятельства. Увы! Казалось, длящаяся много лет распря между Вероной и Мантуей уже совсем угасла, ведь твой отец и отец Фабрицио старались помириться. Но смерть жены Фабрицио месяц назад… А теперь и гибель Эдуардо Мантуанского… Это вновь развязало кровную вражду, и ты же понимаешь, какой большой риск для тебя — отправиться сейчас в герцогство Веронское.
Девушка кивнула:
- Да, это так. Но я предпочту любой риск свадьбе с королем Неаполитанским!
- Однако ты очень храбрая девочка, - сказал, приглядываясь к ней, граф. - Я считал тебя - не трусихой, милая моя, нет, - но довольно изнеженной барышней, не готовой к серьезным испытаниям. Рад, что я ошибся, Франческа… Вернее, Орабелла.
- Я готова ко многому, супруг мой, - присев в изящном реверансе, ответила Ческа. - И прежде всего — последовать за вами, куда вам будет угодно, как велит долг любящей жены.
- Вот и хорошо. Сейчас я напишу письмо начальнику охраны. Вы же с камеристкой пока отдохните, в столовой остались кое-какие закуски и вино, подкрепитесь перед долгой дорогой. Затем я покажу тебе спальню Орабеллы, в гардеробе есть платья и все остальное, пусть Джина подберет тебе наряд и не забудет вуаль, конечно.
- Ах! У меня же есть с собой драгоценности, крестный! Я захватила их при побеге.
- Я велю их хорошенько спрятать в тайник, находящийся под днищем кареты. На всякий случай, дорогая. Очень надеюсь, что мы без всяких приключений достигнем поместья моей сестры, но предосторожность не помешает, ведь охранников нам искать уже некогда. И, кстати: никаких больше «крестных», жена моя.
- Я постараюсь помнить об этом… Чезарио.
- Анна, моя сестра, очень проницательна. Так что не будем давать ей повод что-то заподозрить.
- Мы будем скрывать, кто я, даже от вашей родной сестры? - удивленно спросила Ческа.
Чезарио задумчиво погладил бородку.
- Полагаю, мы так и сделаем. Чем меньше людей в Веронском герцогстве будут знать, что ты — дочь Эдуардо и сестра Гвидо Мантуанского, тем будет лучше.
- А ваша сестра не была на вашей с Орабелле свадьбе? Она никогда ее не видела?
- Никогда. И даже не знает ее возраста. Я не стал писать ей, что жена моложе меня на целых сорок лет… Ну, а теперь — на сорок девять, не так ли?
- Да, - смущенно подтвердила Ческа.
- Итак, Орабелла дель Ронги, готовьтесь к путешествию. Слуг я уже давно рассчитал. Со мною поедут только мой камердинер Карло и кучер. И — ваша горничная Джина.