Девушка растерянно уставилась на растопыренную пятерню:
- Я и в самом деле это сказала?
- Нас учили принимать во снимание все возможности, а не только самые вероятные, - пожал плечами Ласси. - и, кстати, в этой что-то есть. Вы можете себе представить Монтреза, который случайно ставит бокал мимо столика? Моя фантазия пасует. И подумайте вот о чем, дети мои - с разбитого стекла отпечаток ауры не снимешь.
- А мне больше всего интересно, что тут делала Ткачиха Гобелена, - негромко обронила... пустота. И внезапно оказалось Янгом. Похоже, ассасин стоял тут уже давно.
- Ты бы хоть колокольчик носил, - нервно пошутила Белка.
- Для тебя хоть все сорок восемь, моя прекрасная шане.
- Почему сорок восемь? - удивился Леф.
- Мы так обычно тренировались. У наставника была повязка на глазах и две очень быстрые бамбуковые палки. А на нас - сорок восемь колокольчиков. Нужно было пройти лабиринт, не издав ни звука.
- И часто тебе прилетало бамбуковой палкой?
- Последние восемь лет - ни разу.
Компания уважительно помолчала. Сорок восемь колокольчиков - это было сильно.
- С чего ты взял, что здесь была Рауша? - вернулась Кел.
- Видел. Своим глазам принято доверять, нет?
- Обознаться не мог? - вспомнив собственный подвиг, Келли невольно улыбнулась.
- Я ее посвященный. Ошибка исключена. Это была Рауша... У вас, в Империи, ее называют Темной Лодой. Обычно она появляется, когда нужно предупредить об опасности или предостеречь от ошибки кого-то, чья нить важна.
Наарита потянулась к носу, чтобы потереть по привычке, но одернула себя.
- Хорошо. Примем как данность, что Рауша была здесь. И что? Она у нас под подозрением или нет?
- Молодец! - рассмеялся Леф, - А что, если уж подозревать императрицу, то почему нужно исключать богиню? Ладно, начнем с прекрасных дам. Если слугу кто-нибудь прирежет, эту трагедию империя как-нибудь переживет.
- К Ее Величеству? - сообразила Келли, - Но кто?
- Восьмерка, разумеется. Из нас всех у нее самое верноподданное лицо.
- Вариант: "Преданная Служанка"? - сообразила Кел, - принято. Вперед. И - поторопимся.
- Предчувствия?
- Они, собаки...
Звезда ускорилась. Предчувствия ведьмы - это серьезно.
- Янг, магию мы использовать не сможем, это все же резиденция.
- Вы, главное, больше, чем на полклепсидры не отстаньте, - и Белый ассасин рванул вперед так, что маги сообразили - на полосе он просто... гулял. В охотку.
Императрица сидела перед зеркалом в своей туалетной комнате, бездумно перебирая баночки и флакончики. Отчетливо понимая - это конец. Из такого захвата ей не вывернуться.
Предательство крови, вот как это называется! Она отравила брата. Случайно, но какая разница. Боги карали за это смертью - и скорой. Арагенов, которые ее "всего лишь" продали, повесил генерал Рино.
Вот почему герцог Шатерзи будет сидеть в башне до второго пришествия Чужих, и ни один волос не упадет с его головы по воле юного Джаспера. Вот почему, как Марк не выбешивает императора, тот его не тронет и пальцем.
Предательство крови - то, что боги этого мира не прощали.
...Яд? Нет, яд - это слабость, недостойная южанки.
Алета вынула из-за манжета стилет. Живот или сердце? Глупый вопрос. Горло - это с гарантией. Хватит ли решимости довести удар до конца? Должно хватить.
- Демоны! - от знакомого голоса, прозвучавшего среди полной пустоты, императрица вздрогнула, - Вот же... Алета, дочь самурая.
- На клепсидру оставить нельзя, - поддержал его второй, в котором звучало облегчение и запоздалый страх, - А ну, брось каку! И все остальное, что у тебя в юбки насовано. Иначе сейчас я тебя сам разоружать начну: мало не покажется.
- Ну, ты уж полегче, с угрозами-то. Какая-нибудь горничная услышит... И начнется в Аверсуме новая мода.
Двое сбросили невидимость одновременно и обозначились по обе стороны от ошеломленной женщины. Две фигуры - белая и черная. Они были так похожи на офицеров в игре "сто клеток", что Алета не удержалась и ткнула пальцем в ту, что стояла ближе.
- Не иллюзия. Живой. Спасибо, что переживала, - фыркнул Винкер.
- Где мой сын?! - голос Алеты прозвучал сипло.
- Спит без задних ног. Да, с ним все в порядке... чего не скажешь об его маме. Удивила!
- Идти сможешь? - спросил ее Эшери. Он-то, как раз, удивлен не был - ждал именно этого.
- Смогу, а куда?
- За грибами, - огрызнулся Марк, поворачивая зеркало. Это был не портал, а самый настоящий потайной ход, о котором Алета знать не знала, хотя прожила в этих покоях... почти десять лет. Марк вошел первым и почти втащил Алету, Кот нырнул следом, запирая дверь. Упала темнота. Монтрез торопливо зажег светляк и по стенам заметались длинные тени.