- Ташим тоже в опасности?
- Она мерзла? - спросил Волк.
- Да, я еще удивился. Вроде в доме натоплено. Но я-то холода почти не чувствую.
Пепельноволосый травник нахмурился.
- Мне жаль.
- Что это значит?
- Она уже мертва. С того мига, как человек начинает чувствовать озноб - и до смерти проходят, максимум, две короткие клепсидры. И все это время жертва ничего не подозревает. Нет никаких симптомов. Кроме запаха.
- Диргенских роз? - мрачно предположил Обжора.
- Розы - маскировка. Эта дрянь пахнет далеко не розами. Она пахнет смертью и разложением.
- Ты знаешь, что это? - понял Эшери.
- Конечно. Спутать трудно, это уникальная мерзость. Можно сказать - единственная в своем роде. Прах Святого Древнего Натана.
- Что? - опешил Кот, - Что за бред?
Волк присел в кресло. Он больше никуда не торопился и даже слегка, чуть-чуть улыбался. Уголком глаз, уголком губ. Как всегда. Волка никогда не видели хохочущим или рыдающим - только вот таким: серьезным, спокойным, сосредоточенным. Иногда чуть-чуть, самую малость, расслабленным.
- Вы ведь знаете эту легенду, - заговорил он, - как погиб Святой Натан?
- О, да, - скривился Обжора, - К Святому было никак не подобраться, он был вроде Эшери, маршалом объединенной армии людей против Чужих. Его хорошо охраняли. Тогда заклинатели позвали всех ядовитых тварей, существующих в природе и от каждой взяли по капле. Полученную смесь вылили в сосуд, который откупорили и поставили на солнце. Светило испарило его а потом над шатром Натана пролился дождь.
- И все умерли, - вполголоса добавил Эшери, - Люди, кони... И все, кто пришел похоронить святого, тоже умерли. А так же все, кто прикасался к праху, ссыпая его в кувшин и запечатывая девятью печатями. Это же сказка, Волк. Старая страшная сказка.
- Эта сказка только что убила двоих: мужчину и женщину. И чуть не убила вас. Кстати, тела беглецов из Фиоля нельзя хоронить.
- Тоже сжечь?
- Вместе с домом, - кивнул Волк, - удачно, что сегодня у тебя тут очередной виенский карнавал, никто не удивится. Даже если весь Монтрез сгорит - только плечами пожмут.
- Но, постой, - Обжора потер пальцами виски, - прах Святого Древнего Натана хранится в его монастыре, на острове Хетрок.
- На территории Империи, - подтвердил Волк. - Священный Кесар не просто умер от старости. Его и, наверняка, половину дворца перетравили самым страшным из существующих ядов. А следы ведут в Империю. Оба следа. Один на остров Хетрок, а другой - в Монтрез.
- А мы тут все мертвы и не можем ничего опровергнуть, - Кот сжал губы. - Но кто? Кто может быть настолько безумен, чтобы заигрывать с таким оружием?
- Тот, кому нужна еще одна война, - слова Волка тяжело упали в гулкую тишину кабинета в старом, почти нежилом крыле Монтреза. - Что? Я просто сказал вслух то, о чем вы оба подумали.
Солнце здесь просыпалось на целую длинную клепсидру, а то и на полторы позже, чем в краях, которые располагались ближе к Небу. Уходили они оттуда, где горизонт уже начинал несмело проступать из чернильной мути. А вышли... вернее, вынырнули, в полную темноту.
- Ни демона не вижу, - тихо выругалась высокая, худая фигура в глухом черном плаще с намотанной на голове полосой из такой же темной ткани.
- Стой на месте... Где-то был... вот, нюхай.
- Где? Ах, вот... ну и пакость же, Боги Претемные! Что ты мне подсунул, отравитель?
- Нравится мне твоя привычка сначала пить и нюхать, а потом спрашивать. Поморгай. Ну как?
- Обалдеть! У меня появилось ночное зрение...
- Это ненадолго.
- Надолго и не нужно. Скоро либо рассветет, либо пристрелят.
Веревок не брали, прямо из узкого окна башни, без левитации, спрыгнули на стену, которая опоясывала "малый" Шариер широким кольцом. Через равные промежутки в ее камни были вбиты родовые медальоны фиольской знати - только кесарские рода, числом двенадцать.
И столько же было патрулей, от каждой семьи по двое. По идее, они должны бродить где-то здесь с арбалетами, выслеживая дерзких воров, неверных жен и легендарных ассасинов. Кто такие эти ассасины - никто толком не знал, хотя слухи о них ходили один другого страшнее и завлекательнее...
Служба в патруле считалась почетной, в меру опасной и - обязательной для молодых аристократов, желающих получить должность при дворе. Поэтому и народ тут был подготовленный и честолюбивый. То есть, довольно опасный.
Был... Интересно, куда он делся?
- Может быть, если готовился захват дворца, всех лишних убрали?