— О чем разговор! Я как раз подумал, что неплохо пойти накормить свою уважаемую плоть. — Джерри не к месту расхохотался и похлопал себя по огромному тугому животу.
Неподалеку от редакции находилось кафе, где можно было весьма недурно пообедать. Туда они и направились.
Раскрыв меню, Стив с удивлением понял, что не хочет есть, и ограничился чашкой крепкого сладкого кофе. Джерри же заказал себе огромный бургер и две банки безалкогольного пива. Самым поразительным качеством этого типа было то, что он действительно не брал в рот спиртного. На многочисленные вопросы и подколки он неизменно отвечал:
— Это мой единственный козырь в борьбе против всемирного хаоса.
Мало кто находил, что на это возразить, и разговор перетекал в другое русло, тем более что Джерри был большим охотником почесать языком. Обычно его нельзя было остановить, и бедный простофиля, задавший ему один-единственный вопрос, выслушивал целую лекцию, в которой подробно освещались по крайней мере десять разных проблем.
Однако сегодня Джерри был на редкость молчалив и, казалось, тоже думал о чем-то своем. Но Стиву было недосуг размышлять о его настроениях. В конце рабочего дня он должен показать план статьи о тихоне Старику.
— Послушай, Джерри, а ты каких девочек предпочитаешь? — начал он издалека.
— Я-то? — пробормотал тот с набитым ртом. — Да так, всяких понемножку, а что?
— Нет, ты не понял. — Стив придал лицу более серьезное выражение. — Я имею в виду характер, темперамент и все такое. Ну, скажем, решительных, скромных, открытых, замкнутых…
— А, вот ты о чем… — протянул Джерри, вытирая губы салфеткой. — Никогда не думал об этом специально, но уверен, что такая курочка, как эта твоя Шейла, подходит мне по всем статьям. И по характеру тоже, — хохотнул он.
Стив поморщился.
— Я тебя умоляю, не трогай Шейлу. Я вообще удивляюсь, как ты ее запомнил. Вроде всего раз видел, да и было это сто лет назад. Короче, спрошу так: ты когда-нибудь встречался с тихоней?
— С кем-с кем? — не понял Джерри и удивленно уставился на Стива.
— Ну, понимаешь, есть такие девушки, вроде все при них, а посмотреть и не на что. По вечерам из дома не выходят, рыбок разводят, книжки читают. Наш с тобой журнал считает их средоточием мирового зла. При всем при этом самомнение у них — дай Бог каждому! Ну, попадались тебе такие? — спросил Стив, и невольно подумал: а правда ли Мэг такая или он сам все это сочинил?
— Попадались. Последний раз я разговаривал с такой, когда в школе учился, — хихикнул Джерри. — Она была первой ученицей, ну я и пытался как-то наладить с ней контакт.
— Получилось? — с надеждой спросил Стив.
— Кстати, нет, — удивленно признался Джерри. Внезапно его лицо приняло озабоченное выражение. — А тебе это зачем?
— Так, сам не знаю, — бросил Стив.
Ему внезапно расхотелось просить совета у Джерри. Более того, ему опять показалось, что вся эта затея обречена на провал. Но отступать было поздно. Ничего нового он с тех пор не придумал, а завтра уже должен приступить к написанию первой статьи.
— По-моему, нам пора, — сказал Стив, доставая бумажник. — А вот и официант. Рассчитайте нас, пожалуйста.
Официант удалился и через минуту вернулся с кожаной папочкой. Джерри впился глазами в чек и долго и напряженно что-то подсчитывал. Стиву же не терпелось вернуться к работе. Кажется, у него появилась неплохая идея. Наконец приятель подсчитал все, что хотел, они расплатились и вышли на улицу.
— Черт, стало еще противней, — заметил Джерри, указывая на свинцовое небо, которое с каждой секундой становилось все темнее и ниже. — Работоспособность падает вместе с атмосферным давлением. Я это давно заметил.
Стив не ответил. Он невольно скользнул взглядом по обрюзгшей фигуре Джерри и не удержался:
— Приятель, может, подарить тебе абонемент в тренажерный зал?
Джерри и бровью не повел.
— Дарили уже, и не раз. Все равно ходить не буду.
— Неужели тебе не хочется привести себя в порядок? Ты же расползаешься на глазах! — с искренним недоумением продолжал Стив.
— Ну, не всем же быть такими красавцами, как ты, — неприятно усмехнулся Джерри. — Кому-то надо и писать уметь. С нашей редакции хватит и одного голубоглазого птенчика.
Стив побелел от обиды.
— Что ты себе позволяешь? Это я-то не умею писать?
Джерри ничего не ответил, тем более что они уже дошли до здания редакции. В лифте оба угрюмо молчали. Я покажу тебе, кто из нас не умеет писать, оскорбленно думал Стив, кипя от негодования.