ь в единый гул, я видела только своего короля и преклонила перед ним голову, победно ликуя. Все происходило будто в омуте, в тумане. Заветное "клянусь" и теперь и я наделена властью, теперь корона украшает и мою голову, теперь и я занимаю место на троне рядом с мужем. В тот день я поклялась себе, что больше не приклоню голову не перед кем, даже перед своим королем. Слуги, стражи, воины, все склонились перед нами. Они приняли наш выбор, да будет так. Кандер тут же поспешил исполнить свое обещание и посвятил Красную Стражу, всех до одного в рыцари Короны. - Встаньте, Сир Айрихель. - сказал король поднимая с его плеча меч. Я радостно посмотрела в сторону новоиспеченного рыцаря, и кивнула в знак поддержки. - Поднимитесь, Сир Баллатон. - мужчина тяжело поднялся принимая на себя бремя алых доспехов. Один за одним, мужчины принимали новые звания. И хоть меня удивило, что никто из них не решил посвятиться под своим настоящим именем, я все равно была за них безмерно рада. Я была счастлива, как никогда. Сидя там, где даже и не мечтала оказаться, принимая уважение, принимая страх подданных. Оставалось только представить перед народом, что мы и поспешили сделать. Люди толпились под королевскими окнами, радостные крики слышались отовсюду. Вот мы – пришли ваши освободители. Им нужно было верить во что-то лучшее. Нужно было дать надежду на прекращение голода и нищеты. Стоя на балконе и смотря на сотни людей, я искала там лицо отца. Пока новый король говорил свою речь, клялся навести в стране порядок, я не могла поверить насколько теперь сильна. В любой момент я могу развязать войну, могу придумать самый нелепый указ, могу вернуть отцу почетное звание. *** Королевская спальня ни чем не уступала той комнате в поместье Кандера. Пока мы не вернемся туда, это больше не наш дом. Слуги, вместе с вещами прибудут через три дня. Ну а я размышляла над тем, что лучше написать отцу, ведь он уже знает о новой власти. И сейчас, либо в гневе, либо я у него в милости. Слышу как Бардант возится с постелью. Стоя перед зеркалом в ванной, решаюсь на маленькую шалость. Шелковое платье спадает вниз, влажные от ванны волосы разбросаны по спине и плечам. Абсолютно нагая выхожу из теплой комнаты и ожидаю реакции супруга. Тот вопросительно замер, видимо не рассчитывая на такое решение с моей стороны. - Что-то не так? - глаза следят за его движениями. Кандер заметно напрягся и даже покраснел. Никогда бы не подумала, что столь грозный мужчина может проявлять подобные слабости. Хотя и его темный взгляд сокрыт от меня. - Ты уверена что хочешь этого? - спрашивает он, когда я подхожу достаточно близко, - Моя великолепная женушка еще пару недель назад говорила, что и не притронется ко мне. - усмехается он и подхватывает меня на руки, давая обхватить его ногами. - А теперь, ты даже позволяешь мне намного большее. Я сама поддаюсь вперед, накрывая его губы своими. Мужчина отвечает мне сразу же, с еще большей пылкостью и желанием. Он скользит взглядом по моему телу отрываясь от влажных прикосновений. - Людям свойственно менять свое мнение. - смеюсь я и провожу пальцем по контуру его ушей, спускаясь все ниже и ниже, расстегивая по пути каждую пуговицу на белоснежной рубашке. Супруг зачарованно смотрит на меня. Я не вижу в нем похоти, лишь заботу и нежность. Будто он боится ранить меня, боится испугать. Наконец, когда с рубашкой покончено, он резко срывается с места и бросает меня на кровать, снимает брюки и нависает уже надо мной. Я смеюсь. Потому что мне хорошо, потому что я доверяю мужчине передо мной, потому что я хочу его. В наших действиях нет ничего отстраненного, мы будто готовы дать друг другу то, чего нам так не хватало - любви. От холодных прикосновений, становится до мурашек тепло. Мы растворяемся друг в друге, переливаясь в одно целое с каждым движением. Пусть сейчас я даже не вспомню свое имя, но мне как никогда все равно. Я долго присматривалась к этому человеку, долго боялась его, но теперь - отдалась ему без остатка, и не пожалела. Он мог бы делать со мной все что угодно, главное - что я верю ему, верю каждому движению что он делает. Все мое тело вздрагивает когда он проводит пальцами и сжимает кожу моего бедра. Позволяю сковать свои руки, запрокинув их на верх, пока он целует мою грудь. Позволяю проникать в себя и узнать с той стороны, с которой еще никто не знает. Я позволяю ему даже то, что никогда не позволяла самой себе - предстать пред кем-то уязвимой, такой послушной, такой оголенной. Я судорожно выдыхаю когда он двигается на встречу ко мне. Темные пряди так непослушно спадают по лбу. Почти до царапин вожу ногтями по его спине от чего, я уверена, он покрывается еще большими мурашками и стонет. В конце-концов, нас накрывает волна нежных красок и удовольствия. Но я не отпускаю его, оставляю лишь маленькое расстояние между нами, глажу его мокрые руки и целую опухшие губы.