Теперь они обе сидели за столиком в «Сарди», и Чарлин, потягивая второй коктейль, втолковывала Долорес:
— Как бы там ни было, с тобой все будет хорошо! Я ведь знаю, что говорю. Через мои руки за эти годы прошло такое количество девушек, что я вполне могу определить, кто пройдет в финалистки, а кто нет. Лапка, все, что надо для победы, у тебя есть!
— Я тоже знаю это, Чарлин. Я уверена в себе.
— И правильно. У тебя есть воля и настырность. Талант в нашем деле — на втором месте, впрочем, ты уже и сама это поняла. Настойчивость и упорство — вот что требуется. Этого у тебя с избытком. Ты далеко пойдешь. У меня тоже когда-то этого хватало. Я вот думаю, откуда у женщин берутся эти качества?
Долорес внимательно посмотрела на Чарлин: «Господи, да неужели и она когда-то была так молода, как я? А старость, откуда берется? Как старость подкрадывается к женщине? Каким образом старость укореняется в красоте и убивает ее? Как же это несправедливо!»
— Я все о себе знаю, — сказала Долорес вслух. — Я начала с нуля. В детстве я не получила ничего, мать работала и еле-еле тянула нас двоих. Отец ушел, когда мне было шесть лет, просто взял и бросил нас с матерью — живите, как умеете! Мать была тряпкой, ну самой настоящей тряпкой. Когда папаша смылся, я поняла, что она даже не знала, как удерживают мужа. И я подумала: а я тоже не сумею удержать мужика, который мне нужен? Я тоже тряпка? Нет, я с детства была сильной, но сукин сын, мой папа, все равно бросил меня. Я долго старалась понять, в чем тут фокус, и, наконец, дотумкала.
— Ну? — Чарлин подалась вперед, вертя в пальцах свой коктейль.
— Не надо ни в чем рассчитывать на мужчину. Он только и смотрит, как бы увильнуть!
В глазах Долорес светилась нескрываемая ненависть.
— Не знаю, конечно, если напороться на старичка, который от всего устал…
— Устал? — фыркнула Чарлин. — Кобели до смерти не устают!
— Тоже верно. Вот что я тебе скажу, Чарлин: пока я не состарилась, я постараюсь и душу, и тело продать за те вещи, которые желаю иметь в жизни. Тут ведь так: или ты, или тебя!
— Кто спорит, — согласилась Чарлин. — Кто первый кого использует, тот и победил. Тот и в выигрыше.
— Вот так! И я решила, что все должно быть так, как я хочу. На моих условиях. Мне надо, чтобы со мной считались, а не я подлаживалась к другим!
— Ты права. Независимость в жизни главное. Могу только пожалеть, что в твоем возрасте я этого еще не понимала. Черт!
— Ну? — поторопила ее Долорес.
— Что — ну? Я, знаешь, на чем сгорела? Смеяться будешь — на любви!
— О, Господи!
— Знать бы мне сорок лет назад, какая все это липа. А я все романтизировала, идеализировала, мне, видите ли, требовались утонченные, подлинные чувства и прочее дерьмо!
Чарлин по рассеянности пальцем размешала свой коктейль.
— Надо думать, это оттого, что я родилась под знаком Рыб. Рыбы вечно вляпываются во всякую мерзость!
Долорес укоризненно покачала головой.
— Любовь. Мразь все это. Мне с шести лет известно, что такое любовь. Единственный мужчина, который заставил меня плакать, — это мой сукин кот папаша, поверишь? Я тогда дала себе слово, что больше ни один кобель и слезинки из меня не выжмет!
— Я бы тоже последовала твоей тактике, если бы могла прожить жизнь заново! Я бы в постели добивалась всего, что мне нужно, и плевала бы на разговоры о любви! Эмоциональный комфорт! Да ничего подобного на свете нет! — И Чарлин сделала большой глоток.
— Ну, ты все-таки могла бы разбогатеть, Чарлин, без сомнения, могла, хоть ты и верила в любовь!
— Да все у меня было: и разделы имущества по разводу, и алименты, и драгоценности, и меха, и красивые дорогие тряпки, но я все потеряла на недвижимости и на акциях. Знаешь, у всех так бывает — то взлет, то падение, то везет, то не везет… И осталась я сама видишь с чем…
Чарлин допила до дна и указала официанту на стакан красноречивым жестом — повторить!
— Но больше всего я рвалась к другому — к чему рвутся все женщины вроде нас с тобой — к блеску! Я хотела быть вечной богиней. А это опасно.
— У тебя было четыре мужа, — напомнила Долорес. Чарлин кивнула в подтверждение.
— На три больше, чем у меня, — продолжала Долорес. — Но я тебя еще догоню!