Плюс я, когда отец вернулся, как обычно, его проверил. И ничего подозрительного ни в ауре, ни в физическом состоянии не увидел.
Это означало, что об отравлении речь точно не шла.
Физически с отцом тоже все было в полном порядке. Он, как и ожидалось, оказался полностью здоров, атеросклерозом не страдал, и никаких признаков инфаркта, инсульта или иных острых состояний, способных привести к внезапной смерти, у него не обнаружилось. Нарушений ритма и проводимости в течение последних нескольких суток и непосредственно перед остановкой сердца идентификатор, как я выяснил, также не зафиксировал.
То есть это совершенно точно была не болезнь.
Тем не менее и стимуляторы, и специально синтезированный для лэна Даорна регенератор, который хранился у меня про запас, я все-таки использовал. Плюс на всякий случай параллельно с основной работой проверил состояние защитных артефактов в квартире (за ардэ отца во время вчерашней поездки следили мои горлы и йорк), но и там ничего плохого не обнаружил. Ни сбоев, ни попыток проникновения.
Ничего вообще.
Даже найниитовый чип на поверку оказался совершенно целым. Поверхностная диагностика никаких внешних или внутренних повреждений, нарушений нейронных связей, системных ошибок не выявила. Да и управляющее поле функционировало исправно, поэтому по окончании первой проверки я сразу же запустил вторую, углубленную, однако до ее окончания надо было немного подождать.
По поводу случайной травмы, аварии или еще каких-то внезапных повреждений я, едва подумав, тут же забыл. О них мы бы точно знали: лэн Даорн в последние недели ни на сэн не оставался один, так что тут сомнений у меня не имелось.
Но тогда что с ним произошло?
Почему он умер?
Почему так внезапно?
Если это не болезнь, не травма и не отравление, то, получается, виновата магия?
Однако состояние магического дара отца оказалось более чем в порядке и никаких опасений не вызывало. Никаких признаков дестабилизации. Ни сейчас, ни накануне. Никаких признаков нарушения ментальной защиты. Никаких следов ментального воздействия. В настоящий момент, когда мы не давали его телу окончательно умереть, у него даже аура еще не погасла. И я, когда внимательно ее изучил, не нашел в ней явных изменений, которые подсказали бы причину смерти — его аура осталась совершенно обычной, без лишних меток, без разрывов. Ну разве что побледнела немного, однако для сложившейся ситуации это было как раз нормально.
Получается, работу менталиста мы тоже исключаем.
Магию времени и пространства тем более — рядом с отцом ни вчера, ни сегодня, ни в последнюю неделю никаких заметных изменений в пространственно-временном плане не было.
Про стихийную речь даже не велась — результаты ее работы невозможно было пропустить.
Оставалась только магия крови, магия проклятий и магия сна… ну и воздействие целителей, если уж на то пошло, потому что, если кто забыл, целители прекрасно умели не только лечить, но и убивать.
Проблема в том, что проклятийники… живые и здоровые… явление для Норлаэна чрезвычайно редкое. Я, собственно, знал только одного человека, кому в качестве исключения не стали блокировать дар — лэнну Иэ. И было крайне маловероятно, чтобы в Таэрине открыто разгуливал еще один маг с такими способностями.
По целителям вопрос пока оставался открытым. В принципе такое было возможно, да, но опять же — хоть какие-то следы воздействия я бы сейчас увидел. К тому же это не дело одного-двух сэнов. Даже на поверхностное воздействие нужно время. Что для целителей, что для менталистов. И мои горлы, неусыпно следящие за отцом, непременно обратили бы внимание, если бы рядом с ним кто-то надолго задержался.
Плюс защитные артефакты… отец, выходя из дома, нигде их не снимал. И в опере они тоже на нем были.
Быть может, кто-то воздействовал сначала на них, а уже потом на него?
Но нет.
Я их сейчас по-быстрому проверил — рабочие. Причем оба. Поэтому даже если кто-то обманул магические арки и все-таки пронес в оперу запрещенные артефакты, то чисто теоретически, пока работали защитные, остальным тут ловить было нечего.
И в то же время что-то там все-таки было. Артефакт, магия, какая-то неведомая фигня… Просто не могло не быть, потому что у здоровых людей вот так в одночасье остановка сердца не происходит, и в кому они не впадают.
Ясно было одно — все это как-то связано со вчерашним мероприятием. С этой треклятой оперой, где на отца все-таки было оказано непонятное воздействие, хотя ничто этого явно не подтверждало.