Дайн меня задери…
Мы оказались на высоком, покрытом густым лесом пригорке, откуда открывался вид на грандиозную стройку. Выкорчеванные деревья, расчищенное от леса огромное пространство, несколько глубоких котлованов, выглядящих в темноте, как старые раны. Возвышающиеся неподалеку горы песка, похожие на свежие рубцы, а чуть в стороне — частично возведенные, брошенные на полпути постройки, в которых угадывались многочисленные жилые корпуса. И — гигантская овальная площадка под будущий стадион, при виде которой у меня что-то неприятно царапнуло в груди.
Я уже видел это место раньше.
Причем в последний раз — не так давно, когда следил за лэном Даорном во время его последней командировки.
Это было родовое имение Расхэ. Ну то, что от него осталось, конечно. И строящийся на его месте по инициативе тана Босхо гигантский спортивный комплекс, который должен был перетянуть внимание к себе от младшей школы Ганратаэ и при удачном стечении обстоятельств успешно ее заменить.
Сейчас, правда, проект был заморожен. После заключения министерской комиссии работы по строительству спортивной школы и стадиона приостановили на неопределенное время.
Но мне все равно было неприятно видеть случившиеся в родовом гнезде Расхэ изменения. И знать, что тан Босхо твердо вознамерился его уничтожить.
— Зачем мы здесь? — хмуро произнес я, убедившись, что никакой ошибки нет.
Мастер Майэ испытующе на меня посмотрел.
— Я решил, что стоит сводить тебя сюда и дать некоторые пояснения по поводу случившегося здесь девять лет назад.
— Зачем?
— Если мои выводы в отношении тебя верны, то велика вероятность того, что ты мог принять близко к сердцу гибель рода Расхэ. Как и то, что ты, возможно, рано или поздно захочешь за них, скажем так, отомстить.
Я повернулся и прямо взглянул на спокойное лицо учителя.
— Вы считаете, у меня нет для этого повода?
— Повод у тебя безусловно есть, — так же спокойно отозвался мастер мастеров. — Смерть родственников — это всегда огромная боль и большое горе. Особенно если вы были родными не только по крови, но и по духу. Но поверь мне на слово, месть — это всегда путь в никуда. Она никого не вернет и ничего не исправит. Поэтому пока ты не наделал непоправимых ошибок и не встал на путь, который тебя гарантированно уничтожит, я хочу поговорить с тобой о том, что тут произошло.
Я невесело хмыкнул.
— Это вы сейчас о моем личном благе печетесь или же о благе первого рода?
— Обо всем сразу, — без тени улыбки произнес учитель. — Сейчас, может, это покажется тебе неважным или даже смешным, но ты и твои способности представляют определенный интерес для тэрнэ Ларинэ. Его величество пошел на уступки, сохранив тебе в свое время и жизнь, и свободу. Ты, несмотря на возраст, допущен к целому ряду государственных тайн, и это само по себе ставит тебя под угрозу. Я тебе об этом как-то уже говорил. И не хочу, чтобы ты усугубил свое положение, решив в один прекрасный момент вступить в противостояние с правящим родом.
Я усмехнулся.
— Как это мудро — напомнить мне сначала о смерти рода, а потом — о моих долгах перед его величеством. Полагаю, наше внешнее сходство с Альнбаром Расхэ он давно заметил. А то, может, провел прямые параллели между нашими магическими способностями, дал задание проанализировать мою родословную и давным-давно знает точный процент вероятности того, что мы на самом деле близкие родственники. Тем не менее усугублять я ничего не планирую. А если бы я ненавидел тэрнэ или хотел отомстить ему за смерть Расхэ, то нашел бы способ сделать это намного раньше.
Мастер Майэ оценивающе прищурился.
— То есть у тебя нет претензий к первому роду?
— Есть, — ровно отозвался я. — Но они не настолько велики, чтобы я садился на коня и мчался в бой, крича во весь голос, что его величество был неправ.
— Хм, — странно кашлянул учитель. — Мне казалось, у тебя мало информации по этому поводу.
— Информации у меня вполне достаточно для объективных выводов. Хотя вопросы по поводу случившегося еще остались. К примеру, мне до сих пор не очень понятно, почему решение тэрнэ оказалось настолько жестким? Почему не было попыток найти альтернативу? По какой причине его величество подставил под удар так много ни в чем не повинного народу, включая женщин, стариков и детей, не дав им ни единого шанса на выживание? И почему проверки, которым впоследствии подверглось гражданское население и благодаря которым многим все-таки сохранили жизнь, оказались недоступны для ближайшего окружения тана Расхэ? Что, штурмовики его величества не могли просто задержать слуг и проверить их на причастность к сомнительным экспериментам вместо того, чтобы с ходу всех уничтожить? Кто-то из домашних тана Расхэ мог оказать им серьезное сопротивление? Бойцов в имение прибыло достаточно. В том числе и магов. Сопротивление охраны они подавили быстро. И им было вполне под силу всех остальных попросту усыпить, а потом вывезти в лабораторию и тщательно проверить. Так почему же этого не было сделано? Почему его величество избрал такой простой и такой бескомпромиссный способ решения проблемы?