Я нервно дернул щекой.
Признаться, о таком варианте я почему-то не подумал, несмотря на то, что нечто подобное Алоиза сумела провернуть даже с таном Горусом. Годами его обрабатывала, кучу времени угробила, но все-таки сумела убедить в том, что он должен уступить кресло тана своему единственному сыну.
С ее стороны это, правда, была не полноценная ментальная установка, а всего лишь обычное, просто очень сильное, старательно взращиваемое и годами подпитываемое убеждение, основанное на мыслях и сомнениях самого тана.
Но что мешало Алоизе проделать то же самое и со слугами?
Разве что время?
Признаться, она так долго занималась двумя танами сразу и так убедительно говорила, что на это уходили все ее невеликие силы, что даже я поверил, будто ни на кого другого ее попросту не хватило и хватить в принципе не могло. Дар в этом плане был у нее слабым. Много времени уходило просто на то, чтобы убедить мужа не гнать ее прочь из его же собственного сна, не говоря уже о том, чтобы вытянуть из него какие-то секреты. Плюс его отец ей очень долго сопротивлялся…
А она, выходит, за эти годы еще и слуг обработать успела? Причем сама, без чьей-либо помощи. Хотя, возможно, на слугах она просто тренировалась, как на кошках, прежде чем начать работать с таном Горусом. И раз никто ее в лоб об этом не спросил… тану Альнбару, судя по всему, это не пришло в голову, а я, поверив, что его бывшая жена не способна врать, упустил из виду этот момент… то она ничего и не сказала. То есть соврать действительно не соврала, но, не получив прямого вопроса, всю правду так до конца и не раскрыла.
«Вот ведь стерва продуктивная, — со смешанным чувством подумал я, решив, что при первом же визите к Расхэ непременно проверю догадку мастера Майэ. — Не покладая рук трудилась. День и ночь, ночь и день… годами… на все случаи жизни подготовилась… тварь».
Это ж сколько на самом деле она народу погубила?
Скольких если не убила, то поломала им жизнь?
«Страшная женщина, — тихонько прокомментировала мои мысли молчавшая дотоле Эмма. — Никогда не думала, что однажды это скажу, но очень хорошо, что ты ее уничтожил».
Я молча кивнул.
Да. В мертвом виде Алоиза была хотя бы безопасной. Но в следующий свой визит к тану Расхэ я непременно ее разбужу и выясню все спорные моменты до конца.
— Надеюсь, у тебя больше не осталось претензий к его величеству? — спросил мастер Майэ, когда мы снова встретились взглядами. — Я могу быть уверенным, что ты никаких глупостей не наделаешь?
Я снова кивнул.
Да, теперь, когда последние терзавшие меня вопросы оказались сняты, предъявлять его величеству и впрямь стало нечего.
— Вот и хорошо, — едва заметно улыбнулся учитель. — Тогда давай вернемся к тому, с чего начали. А именно к магии предвидения и к тому, чего от нее ждать.
Глава 12
Признаться, в самый первый момент я искренне усомнился в словах учителя и в том, что он так легко оставит в покое вопросы моего происхождения, в которых далеко не все было прозрачно, а также проект «Гибрид» и связанные с ним проблемы рода Расхэ.
Однако мастер Майэ, несмотря на мои недомолвки, и впрямь сменил тему, поэтому на протяжении довольно долгого времени я внимательно его слушал. Попутно немало нового выяснил по поводу магии предвидения, причем такого, о чем раньше не знал. Заодно узнал массу интересных деталей по поводу перекрестов судеб. И вообще, серьезно продвинулся в плане теории, которой мне, несмотря на регулярные встречи с Моррох и лэнной Иэ, все равно порой не хватало.
Также учитель признался, что нехорошее предчувствие, которое посетило его по моему поводу, в последнее время стало беспокоить его намного чаще. Примерно раз в два-три дня, что по его расчетам означало довольно скорый перекрест наших с ним судеб и вероятную смерть кого-то из нас.
— По моим ощущениям, у нас есть максимум месяц, — сообщил он, когда я уже собирался повторно спросить его о сроках. — Не больше. После чего нам с тобой придется делать очень непростой выбор.
Я насторожился.
— А у нас разве есть возможность выбирать?
— В определенной степени, — несказанно удивил меня мастер Майэ. — Это естественный процесс, не удивляйся. Выбор мы все равно так или иначе делаем всякий раз, когда сталкиваемся с трудностями. В прошлый перекрест ты мог бросить меня в субреальности и сбежать. Тебя было некому остановить. Но ты выбрал иной путь. Тот, который показался тебе наилучшим. Поэтому — да, в критические моменты наши решения способны кардинально изменить нашу судьбу и судьбы тех, кто находится рядом. Это наша ответственность. И наш собственный выбор. Пусть даже порой он совершается необдуманно, иногда даже не осознанно, а под влиянием эмоций или под давлением обстоятельств.