— А я не поняла.
Он взглянул на неё.
— Это уже свойства вашей натуры, мадам, а не проблемы. Проблема — моё дело. Сейчас я не только должен выполнить порученную мне работу, но и избежать вместе с мистером Гудвином обвинения в совершении преступления. Если причина убийства Элен Тензер была в том, чтобы помешать ей сообщить сведения о ребенке, а это почти наверняка так и было, то мы с мистером Гудвином оба отказываемся от дачи показаний и, как я уже говорил, попадаем в неприятное положение. Я не хочу сообщать полиции ваше имя и сведения, которые вы мне доверили строго конфиденциально. Вас будут беспокоить, вам будут надоедать и даже изводить, а вы — моя клиентка. Может быть, я хвастаю, но могу выносить упреки только от других и никогда от самого себя. Если же мы с мистером Гудвином откажемся назвать ваше имя, то примем на себя обязательство не только найти мать ребенка, но и убийцу или же установить, что между смертью Элен Тензер и её делами, связанными с младенцем, не было ничего общего. Но последнее маловероятно, и я собираюсь преследовать убийцу от вашего имени и за ваш счет. Это ясно?
Глаза Люси остановились на мне.
— Я же сказала вам, что мне все это отвратительно.
Я кивнул.
— Беда в том, что вы просто не можете отказаться. Если вы прекратите это дело, то уже не будете нашей клиенткой, и нам придется раскрыться. Я, по крайней мере, это сделаю. Ведь я — очень важный свидетель, последний, кто видел Элен Тензер. Следовательно, вам придется иметь дело с полицией. Вы должны сделать выбор, миссис Вэлдон.
Она посмотрела на меня, повернулась, взяла сумку, открыла её, вытащила лист бумаги, поднялась и протянула его мне.
Я прочел:
«Понедельник. Арчи Гудвину.
Зовите меня Люси.
Люси Вэлдон.»
Можете себе представить: в кабинете Вулфа, в его присутствии, клиентка передает мне записку, которую я предпочел бы ему не показывать. Я высоко поднял одну бровь, что всегда его раздражало, потому что сам он так делать не умел, и положил записку в карман. Она уже сидела в кресле, обитом красной кожей. Наши взгляды встретились.
— Зачем же, если вы больше не наша клиентка.
— Но я ваша клиентка. Мне отвратительно все, что происходит, но моё поручение остается в силе.
Я посмотрел Вулфу в глаза.
— Миссис Вэлдон предпочитает нас полиции. Лестно для нашего, самоуважения.
Она обратилась к Вулфу:
— Вы сказали, что будете преследовать убийцу от моего имени. Следовательно вы с этого и начнете?
— Нет, — огрызнулся он.
Мало того, что она была женщиной, теперь она была еще и человеком, посмевшим передать мне личную записку у него на глазах.
— Мы будем заниматься убийством, но и ваше дело должно быть закончено. Итак, будем продолжать?
— Да.
— Тогда вам придется нам помочь. Оставим пока Элен Тензер полиции и начнем с другого конца — рождения ребенка и его зачатия. Во вторник вы неохотно предоставили мистеру Гудвину имена четырех женщин, которые были или могли быть в контакте с вашим мужем, хотя бы кратком, весной прошлого года. Всех.
— Нет, это невозможно. Я не могла бы назвать их всех. — Она повела рукой. — Мой муж встречался с сотнями людей, которых я никогда не видела, например, я не ходила с ним на литературные коктейли. Мне было на них скучно, а он предпочитал, чтобы меня там не было.
Вулф хрюкнул:
— Несомненно вы дадите мистеру Гудвину все имена, которые знаете, все без исключения. Их обладательницам не будет причинено никакого беспокойства, потому что наведение справок о них может быть ограничено только одним вопросом: местонахождение в день рождения ребенка. Беременная женщина не может не изменить установившийся образ жизни. Только с несколькими из них может быть придется вести переговоры. Вы не должны упустить ни одну.
— Хорошо. Я согласна.
— Вы также дали мистеру Гудвину имена некоторых мужчин; нам пригодится этот список, но и для этого нам нужна ваша помощь. Я хотел бы их увидеть, и они должны прийти сюда, так как я никогда не выхожу из дома по делам. Не обязательно приводить их сюда по одному. Можно пригласить всех сразу. Вы устроите это после соответствующего отбора.
— Это значит, что я попрошу их прийти к вам гости?
— Да.
— Но что я им скажу?
— Что вы наняли меня для небольшого расследования, в котором очень заинтересованы, и я хочу с ними поговорить.