Алекс прижался к ее нежной груди, почувствовал ее под собой. Это было волшебно, сказочно. Кэролин приблизилась к нему и стала целовать его еще более откровенно и страстно. Он ответил ей каскадом мелких поцелуйчиков в шею, подбородок, губы. Но когда он начал спускаться ниже, Кэролин застонала от нахлынувшей нежности и желания. Ему передалась ее напряженность, и пришлось снизить темп. Он сводил ее с ума своими движениями. Вот коснулся кончиком языка ее груди, вызвав ответный трепет. Она вытянулась под его рукой и напряглась.
— Ну, что же ты?
— Ничего, мне просто хорошо, очень хорошо.
— Правда?
Подбодренный таким образом, он продолжил, тем более что и ему было очень хорошо с ней. Их чувства на сей раз совпадали, и неважно, что будет после.
Кэролин обняла его шею руками, пока он продолжал ласкать ее грудь языком так нежно, и умело, будто это с ними происходило не в первый раз. Ее страх прошел. Кэрри даже будто осмелела. Ее рука скользнула вниз, нашла его плоть и коснулась ее. Алекс простонал.
— Пожалуйста, — прошептала она, почувствовав, что ее желание уже на пределе.
— Конечно, сейчас, любимая…
— Ты просто восхитителен, — шептала она, восстановив дыхание, словно после бешеной скачки.
Двое лежали рядом, отдыхая. Его рука покоилась на ее плече, она лежала головой на его груди. Алекс тяжело дышал.
— Так же как и ты. Вот бы никогда не поверил, что я у тебя первый, — пробормотал он и ласково улыбнулся. — Ты — настоящая женщина, как, впрочем, я и подозревал.
— Поэтому ты меня так и хотел? — поддела она его, погладив по волосам.
— Хм, да как тебе сказать?
— Прямо.
— Знаешь, ты вызвала во мне такие чувства, о которых я давным-давно забыл. Я даже и не знал, что они во мне остались.
Кэролин могла по-настоящему гордиться собой. Мало того, что соблазнила такого парня, как Алекс, она даже умудрилась влюбить его в себя. Первый раунд выигран. Ей почему-то захотелось курить. Странно.
— Никогда не известно, кто на что способен, — ответила Кэролин.
— Мудрая ты моя, — он погладил ее плечо. — Ты лучше мне скажи, ты больше не любишь Картера?
Что это с ним? Почему подобная ерунда волнует его после всего, что между ними произошло? Неужели он и ей не верит? Когда же его сердце оттает по-настоящему?
— Я его и не любила, если хочешь знать. Пока что, никого еще не любила.
— Неужели? А мне показалось, ты достаточно опытная.
— Дурное дело — не хитрое.
— Ах, вот ты как! — Он перевернул ее на живот и стал целовать в затылок и в плечи.
— Потише, ты, железная лапа! — рассмеялась она, вывернувшись из-под его рук.
— А это опасно, — задумчиво сказал он.
— Что именно? Разве ты не надел эту штуку? — Она очень удивилась.
— Нет, я не про это. Опасно с тобой общаться. Я не просто так заметил, что ты для меня опасней кугуара.
— Чего ты боишься? Того, что можешь полюбить? — Кэролин разглядывала сквозь темноту его профиль. За эти несколько дней он стал ей очень дорог, этот человек. Она не успела заметить, как это произошло. Соблазняя его, она сама попалась в ловушку. Ладно, с этим она справится, главное, не показывать своих чувств ему.
— Возможно, еще кое-чего. — Он задумался. Кэролин чувствовала, что идет по краю пропасти.
— Но это все ерунда, — добавил он, словно очнувшись. — Ты мне нравишься, и все.
Девушка рассмеялась и тут же оказалась наверху. Почувствовав ее сверху, Алекс снова ощутил сильнейший прилив желания и, обняв ее руками, крепко прижал к себе. Кэролин тоже поняла, чего он хочет еще и еще… И они продолжили эту безумную ночь любви.
Ночь была почти на исходе, когда они решили наконец-то хоть немного поспать. Оба очень измотались, и морально, и физически. Кэролин устала контролировать себя и упрекать в том, что она безнравственная особа, чего раньше за собой не замечала. Наверное, так влияет климат Аргентины. Алекс же устал отгонять от себя навязчивые мысли о том, что использует эту невинную девушку для удовлетворения своих гнусных потребностей. Тут же он одергивал и пытался убедить себя в том, что все же это нечто более высокое, чем простая похоть и желание. Может быть, даже это и любовь. А вдруг он похож на своего отца? Тот тоже использовал невинную девушку, его мать? Прочь глупые комплексы. Он любит Кэролин, а это совсем разные вещи.
Когда Кэролин заснула, Алекс, поцеловав ее в лоб, тихонько поднялся с кровати, надел брюки и рубашку и бесшумно вышел из комнаты. Остаток ночи он провел в своем кабинете, составляя приказы на завтра. Потом вышел на улицу покурить. Свежий предутренний воздух благодатно освежил его голову, занимавшийся рассвет настроил на романтический лад.