Что он мог ей подсказать? Почему она выходит за него замуж и хочет ли сама того? Но все сомнения были уже в прошлом, и она не могла взять ни минуты на размышление, ее судьба была решена. Кэролин выходила за Тореро лишь отчасти по любви. В основном же ее вел долг. Спасти Дольче, сестру и Энрико. К тому же это был единственный способ спасти Алекса от самого себя. Ей по силам было помочь ему, где-то в глубине души она это знала.
— …Пока смерть не разлучит вас! — закончил священник.
Кэролин в этот решающий момент смотрела на Алекса. Теперь ей хотелось проверить его, каким тот будет мужем: добрым ли отцом, верным ли супругом? Словно увидев в его глазах подтверждение своим надеждам, Кэролин решилась ответить:
— Да.
На что Алекс тепло улыбнулся. Однако в его взгляде Кэролин неожиданно различила некую примесь отчаяния и горечи.
По окончании церемонии они поехали в свадебной машине в уютный загородный ресторан. — Ты счастлива? — спросил Алекс.
Кэролин грустно улыбнулась.
— Пожалуй, наполовину. Ведь с нами не было Нэнси. И Энрико не пришел нас поздравить. Но ничего, все равно я сделала это ради них, — гордо произнесла девушка.
— Вот как! — Алекс удивленно вскинул бровь.
— А ты как думал? — поддела его Кэролин.
— Может, я тебе вообще не нужен?
— Нужен… Подписать договор. А там посмотрим.
И Кэролин лукаво улыбнулась, давая понять, что он в ее руках. Алекс в свою очередь качнул головой.
— Не хитри, дорогая. Такая девушка, как ты, не будет целоваться с тем, кого не любит.
— Не суди по себе. Это мужчинам не даны артистические способности. А мы, женщины, можем быть актрисами и играть любые роли. Так что, давай, мчи меня вперед, на подписание контракта. — Кэролин победно подняла голову и продолжила: — Ну, разве я не выиграла? Соблазнила такого красавца, и богатого к тому же. Спасла сестру от разорения…
— Это еще посмотрим, — пробормотал себе под нос Алекс. Кому бы понравились такие признания после самого венчания? И Алекс затаился. — Интересно, а что ты будешь делать, если я передумаю?
Кэролин встрепенулась. Все же она еще недостаточно знала этого человека.
— Не выйдет, мы уже обвенчались.
— Я имею в виду контракт.
В машине повисла тревожная тишина. Их отношения опять готовы были дать глубокую трещину. Неужели теперь это их судьба? Они бесконечно то ссорились, то страстно мирились…
— Так я и знала, что ты подлец, Тореро!
Кэролин нахмурилась. Вся уверенность слетела с нее, подобно листьям, унесенным с веток осенним ветром. Похоже, ее положение всегда теперь будет шатким. Как ни крути, Алехандро был хозяином ситуации. Вот и сейчас она должна была вести себя хорошо, наступать на горло своим желаниям, чтобы состоялась запланированная сделка с передачей прав на владение фирмой.
— Нет, Кэролин, ты ничего не поняла. Я люблю тебя, не причиню тебе страданий и, конечно же, подпишу контракт, если он для тебя так важен.
— Ты уже сделал мне больно, — сказала она и отвернулась к окну, желая скрыть навернувшиеся слезы.
За окном машины Кэрри увидела седого старика, топтавшегося у газетного киоска. Его красивое в прошлом лицо было изборождено морщинами, усталые глаза слезились. Было видно, что каждое движение причиняет ему боль и дается с большим трудом.
Кэролин вздохнула, остро почувствовав, как хрупка и коротка жизнь.
— Прости, — услышала она от Алекса. — Я, правда, люблю тебя. Полюбил, как только увидел. Словно я уже тогда понял, что ты изменишь меня самого и всю мою жизнь. — Он наклонился к ней, нежно взял ее руку, осторожно пожал ее.
— А за что бы тебе любить меня? — Он удивленно взглянул на нее.
— Да ты только взгляни на себя: как можно такую не любить?
— Если ты имеешь в виду мою кукольную внешность…
— Ты же прекрасно знаешь, что дело не в этом. Твой дух, твоя честность, смелость, твоя теплота, мягкость. Ты такая хрупкая, но сильная. В тебе есть качества, которых нет во мне. А муж и жена, прежде всего, должны дополнять друг друга. Ты, например, словно свет для темных закоулков моей жизни.
Удивительные слова слышала она из его уст! Женившись на ней, этот мужчина словно бы стал мягче и искреннее, он раньше не был таким. Кэрри тепло взглянула на мужа, Алекс склонился над ней и поцеловал в губы. Дрожь прошла по всему ее телу. Она до сих пор не могла до конца осознать свои чувства: то буквально сходила по нему с ума, то опасалась его. Неожиданно от теплого поцелуя, трепетного, подобного язычку огня на ветру, на ее глазах выступили слезы.