я ждет очередной позор и наступит он очень и очень скоро! Только я, заткнув проснувшуюся гордость, собиралась молить о пощаде, как «нечто» остановилось. Заскрипели подпруги, а меня жестко и резко сдернули на землю, оставляя без опоры. Черная ткань слетела с лица. Это был обыкновенный женский капор, пользующийся несомненным успехом среди местного населения. И, о, боги, я увидела свет — тусклый бледный свет магического огня. Но зачем тратить магическую энергию, если можно просто воспользоваться благами цивилизации? Осознание ударило с такой силой, что ноги, перетянутые и затекшие, просто подогнулись. Я, подобно перезрелой груше, плюхнулась на колени, удерживаясь из последних сил, чтобы не завалиться на бок. — Гордейский лес, — с придыханием вымолвила. — Полночь, — это все, что я смогла сказать, осознавая очевидное, это все, что волновало меня в этот момент. Нет, о побеге или, боги упаси, о сопротивлении я больше не помышляла. — Дорогая, а ты догадлива, — произнес мэтр и аккуратно, я бы сказала с трепетом и, неизвестно откуда взявшейся нежностью, размотал руки и ноги. «Хвост» не пострадал (его не порезали на маленькие «хвостики» для удобства в момент связывания бедной меня) и в данный момент кучкой безжизненной кожи лежал перед самым носом. — Это твоя единственная защита, магия тебя временно покинула, — тихо выговорил мэтр, опускаясь передо мной на корточки. — Смысл сказанного дошел до тебя, Анри, — на всякий случай решил уточнить мою вменяемость. — Гордейский лес под завязку заполнен умертвиями! Они сожрали с голодухи даже листья, часть верхнего плодородного слоя и кору деревьев, оттого-то обычный огонь разжечь в этом местечке не под силу даже магу! — гаркнула во всю мощь собственных легких. — Хотя некроманту, может быть, под силу. Если вместо дров использовать обглоданные скелеты, кости и прочие останки путников, случайно оказавшихся в этом богами проклятом месте, — призадумалась, потеряла мысль. — Да что там кору, они через пару часов слопают нас и даже скелета не оставят на радость Инару! — орала, громко, с чувством, с расстановкой. Внезапно замолчав и подумав, выдала — Ты сумасшедший, — забывая про пиетет выговорила уже спокойнее, — ты просто болен! — конечно, это же очевидно. Не успела выговорить фразу до конца, как тяжелая, шершавая рука хлестко стукнула по лицу. Тело, онемевшее от долгого пребывания в связанном, неподвижном состоянии, не выдержало удара и завалилось на бок, больно ударяясь о землю. Да, реакция подвела меня. Я так привыкла полагаться на собственную магию, что, оставшись без нее, превратилась в маленького безвредного мышонка. Впрочем, это мы еще посмотрим. А сейчас, сейчас для собственного блага лучше казаться ослабленной и беспомощной, глядишь, и появиться призрачный шанс на выживание, побег и, может быть, отмщение. Хотя с побегом я погорячилась! — Тебе лучше сделать свои дела до полуночи, — мэтр прожигал меня недовольным взглядом. — Анрэ, детка, не разочаруй меня! А я думала, что достигла дна! Думала, что быть сожранной кучкой оголодавших скелетов — самое страшное, что могло произойти со мной. Ан-нет! — Не семей, — тихо произнесла, забыв про кротость, слабость и прочие атрибуты собственной лжи, и поднялась со стылой земли. Этот золотистый червяк назвал меня анрэ! Это популярное в народе слово имело созвучное звучание с моим собственным именем, но означало оно отнюдь не «лепестки роз», «свет» или, может быть, «счастье», а являлось ругательством, смысл которого был прост и понятен — страсть! Да, только анрэ, если быть точной, — это нестерпимое, болезненное проявление влечения, оскорбительное для полноценного мужчины. Этакий животный инстинкт, не поддающийся описанию, а главное «железной» мужской воле. И да, некоторые некроманты использовали это слово в качестве излюбленного ругательства и еще одного изощренного способа меня позлить. Мэтр, оскорбленный в лучших чувствах, тихо и хрипло крикнул — Повторяю, у тебя мало времени, — и швырнул в меня большим увесистым мешком. По инерции я отшатнулась, пропуская «снаряд», и, осознав произошедшее, выпрямилась. Торопиться за большой, холщовой сумкой, подобно собачонке, я не собиралась. — Что это? — вполне дружелюбно спросила, надеясь на объяснение. — Вещи. Твои, — короткий ответ не заинтересовал. — Интересно, — выговорила и собралась отлучиться с поляны по срочным, неотложным делам. — Думаю, тебе стоит привести себя в божеский вид. В походном мешке есть все необходимое. Сомнительно, однако. Но мэтр был прав. Гладкий кожаный комбинезон, только вошедшей в моду среди магов, и остроносые туфли на высоком каблуке-шпильке вряд ли помогут пережить эту ночь. А значит стоит отбросить излишнюю гордость и попробовать просто выжить. А месть — блюдо, которое подают холодным, да и выяснить зачем я понадобилась этому самоуверенному, и в конец обнаглевшему индивиду приятной наружности, непременно стоит. Хотя бы, чтобы месть была не только холодной, но и сладкой! Аккуратно нагнувшись, подхватила мешок с земли и гордо удалилась в подобие кустов. Растительности в Гордейском лесу не наблюдалось, лишь мертвые деревья с обшарпанными, изглоданными стволами в хаотичном порядке натыканные по всей территории. Огромный безжизненной участок земной плоти, опоясывавший несколько небольших селений, населенных в основном личностями мечтающими о тишине, забвении и прибыли, кишил различными видами нечисти и умертвий. Разложившиеся скелеты, навки, болотные огоньки и мелкие мыши-вампиры — это лишь небольшая толика «населения» этого «расчудесного» местечка. Как ни странно все сообщество «флоры и фауны» уживалось вполне мирно и не пересекало людских границ — магических защит, возведенных магами вокруг небольших «островков» жизни, коие имели место быть в этом безлюдном крае. «Зачем вкладывать силу магии в простые, никому не нужные селения?» — скажите вы. Ответ прост и понятен. В самом центре Гордейского леса имелось одно простое, но безумно любимое простым людом вещество — да, безжизненные пустыни мертвого леса были пронизаны ядовитыми ручейками, речушками, несущими золото. Реки, постоянно меняющие направление, и по сути своей являющиеся природной аномалией, неизменно приносили драгоценный метал в места пересечений этих «мертвых артерий». Именно там и обосновались люди, охочие до богатства, образуя селения-прииски. Жидкость неизведанного состава делала золото чистым и блестящим, что делало его добычу легкой и прибыльной, а жизнь людей и магов, забредших сюда, простой и сытой. В мертвом лесу скрывалась массивная золотоносная жила, но никто из обитателей селений не стремился ее найти, довольствуясь лишь крохами принесенными течением. Жизнь, как известно, дороже металла. Итак, взяв мешок, я отошла на пару метров и, более не стесняясь, принялась просматривать содержимое. Пара толстых шерстяных носков, остроносые туфли на плоской подошве, белье, холщовые штаны и широченный балахон с капюшоном вот и все что там обнаружилось. Скрипнув зубами и, стараясь не представлять в красках, как мэтр ковырялся в моем до этого случая, неприступном «логове», в частности в корзине с бельем (а это были именно мои вещи), укрываясь за высоким трухлявым пеньком, принялась быстро переодевается. Гладкий кожаный комбинезончик — моя обновка, тонкой невесомой шкуркой скользнул к ногам. Переступив через него, лихо натянула штаны, носки, обувь и укороченный походный балахон. М-да, про свитер или кофту мэтр, кажется, позабыл. Аккуратно сложив бывшую обновку и категорически не пожелав с ней расставаться, засунула ее к белью, мирно покоящемуся на дне мешка. Еще немного покопавшись, укладывая вещи плотнее, попробовала затянуть мешок. И тут взгляд упал на невесомую паутинку собственных трусиков. Этот комплектик я узнала. Глазик дернулся, а сердце пустилось вскачь, бешено барабаня в грудной клетке. Дрожащими руками я аккуратно, не выпуская «великую ценность» из рук, потрогала невесомое кружево белья. Нет, дело было не в нем! Дело было в том, что я хранила в центре именно этого комплекта, справедливо пологая, что никому не придет в голову искать подобное в моем нижнем белье, помимо всего лежащем на самом верху бельевой корзины. Комплект не спроста оказался у мэтра, он отличался насыщенным красным цветом и скорее всего просто привлек его внимание. — Времени не много, поторопись! — громко крикнул мэтр, приводя меня в чувства. От его голоса я вздрогнула и дернулась, будучи застигнутой врасплох. И, неосознанно прижав «добычу», бросилась в кустики с твердым намерением проверить собственное подозрение. Быстро отступив в сторону скопления мертвых деревьев, не стесняясь, устроилась прямо на холодной земле и закопошилась в мешке с удвоенной силой, не забывая посматривать в сторону импровизированной стоянки. Да, мне не показалось. Это было не просто белье, а комплект с «сюрпризом», даже точнее не так — комплект со старыми воспоминаниями. Аккуратно расправила бюстик и просунула руку в одну из кружевных чашечек. Быстро ощупывая кусочек ткани, извлекла на свет маленький клочок бумаги, сложенный в небольшой кривой треугольник. Только я знала, какое сокровище держу в руках! Только я, находясь на грани, совершенно лишенная магии и в перспективе съеденная умертвиями, похищенная с неведомой целью и жутко несчастная, думала сейчас не о своей судьбе,