Окончательно убедившись в том, что не уснет, она со вздохом встала.
Прихватив с собой только ручную сумку, прошлась, чтобы немного размяться, вдоль линии панорамных окон с толстыми стеклами. Вид на взлетные полосы открывался отсюда изумительный.
Налюбовавшись вдоволь на черное подсвеченное небо, Катя направилась к киоскам.
Не удержавшись, купила там женский журнальчик и капучино. Вернувшись на свое место, неспешно полистала журнал, попивая ароматную светло-коричневую жидкость с белой молочной «шапкой».
И как раз только что поставила рядом с собой в удобный кресельный подстаканник кофе - как к ней подошел мужчина.
Средних лет, крепкого телосложения, он склонился над девушкой, чтобы о чем-то спросить, едва не заставив ее тем самым подпрыгнуть от неожиданности.
Буйная Катина фантазия за секунду нарисовала яркую картинку того, как этот человек незаметно вонзает ей, к примеру, отравленную иглу в шею - такое даже камеры не уловят.
Девушка взвилась пружиной вверх, вскакивая с кресла и поворачиваясь к мужчине так, чтобы у него не оставалось ни малейшей возможности ее коснуться.
Тот поздоровался и извинился, протягивая ей посадочный талон:
- Я забыл дома очки. Не будете ли вы так любезны подсказать номер моего рейса?
- Да, конечно, - Катя выдохнула.
Гребаный Дунин-Борковский, чертыхнулась она про себя, когда мужчина степенно вернулся на свое место в зале; и допила одним глотком остатки кофе.
Выкинув стаканчик в урну, снова прошлась немного, чтобы успокоиться.
Нервы ни к черту! Однако ж, словно в противовес этим мыслям, в желудке ее вдруг возникло и стало нарастать чувство дискомфорта.
Дикая резь удивила и испугала девушку: в глазах начало темнеть, руки задрожали.
О боже, нет. Только не это! Сэндвичи? Кофе?
С помутневшим сознанием, Катя обвела взглядом зал: тот самый мужчина улыбнулся. Он встал со своего места и, взглянув ей прямо в глаза, коснулся рукой края своей шляпы как бы в прощальном жесте.
И, пока Катя беспомощно хлопала глазами, спокойно вышел из зала. Все это произошло в считанные минуты: она осела на пол, сама не понимая, как теряет сознание…
Очнулась в большой белой комнате с запахом медикаментов, от размеренного писка какого-то аппарата.
С вялым изумлением пошевелила рукой, к которой крепился пульсоксиметр. Мысли путались.
Здесь был еще кто-то.
Повернув голову, Катя обнаружила сидящего у ее кровати Анджея Бродянского - с двумя раскрытыми ноутбуками одновременно, чем-то крайне увлеченного.
- Пан Бродянский, - позвала хрипло, и он тут же повернулся к ней, - чем вы заняты?
- Кодингом, - радостно улыбнулся, - как ты?
Катя снова осторожно пошевелилась и прокашлялась, прочищая голос, пока он споро выключал и складывал свои гаджеты в чехлы.
- Вроде ничего. А что я здесь делаю?
Застенчивый айтишник вздохнул, присаживаясь на краешек ее кровати.
- Тебя отравили, Катя! Просто повезло, что я как раз искал тебя в аэропорту и успел вовремя среагировать. Сейчас ты в частной клинике: здесь тебе промыли желудок, ввели лекарство от интоксикации и успокоительное, после чего ты уснула.
Катя напрягла память - и действительно, в ее голове всплыли какие-то смутные, обрывочные воспоминания об этих манипуляциях.
- Ой-ой!
Она так и села на больничной кровати, проводя рукой по лицу. Страх за свою жизнь вернулся к ней с новой силой.
- Но все уже позади! – поспешил успокоить ее Анджей, - я вчера прижал к стенке этого гада, и выяснилось кое-что новое.
Катя вытаращила на него глаза:
- Что?
- Не здесь, - уклончиво ответил он, - давай я позову медсестру и, если тебе уже можно идти, то мы уйдем отсюда?
Катя вдруг забеспокоилась о своих вещах, суетливо крутясь на больничной койке:
- А вещи мои ты забрал? У меня сегодня самолет в пять вечера!
- Забрал, только у тебя сегодня свадьба, а не самолет!