– Извинись, – требую решительно.
– Перед кем это?
– Перед девушкой. Извинись, – наступаю на него. Между нами уже какие-то миллиметры. И автомат.
– Проблем захотел? – цедит полицейский. – Будут.
Ухмыляется, почему-то глядя мне за спину. Обернуться не успеваю. Получаю сильный толчок в спину. И потом мои руки захватывают и уже холод железа на запястьях.
– Ну что, смельчак? – ржет первый полицейский. – Сейчас в отделение все и расскажешь. Думаю, на год ты себе уже камеру обеспечил. Пакуй их обоих в машину!
Нас сажают на заднее сиденье за решеткой.
– Маша, не бойся ничего, – шепчу я, видя, что она дрожит. Взгляд блуждает по машине. Но на нее хотя бы наручники не надели. И за это спасибо.
Нас привозят в отделение.
– Мне надо позвонить адвокату, – говорю я дежурному. – Один звонок.
Он нерешительно смотрит на полицейского, жующего бутерброд у стены. Тот кивает.
И я звоню единственному человеку, который, я знаю, придет на помощь.
– А ведь я тебя знаю, – слышу это и оборачиваюсь. Полицейский с бутербродом подходит к Маше. Ты же с Мишкой была! Я помню. Костян! – орет уже в сторону выхода. – Вы где девчонку взяли? Она ж не из этих.
– Да кто ее знает, из этих или нет? В машине-то она была! Вот с этим! – полицейский, который привез нас, кивает в мою сторону. – И, поверь, они там точно не музыку слушали, – ржет.
Вижу, как Маша краснеет и опускает взгляд.
– Ну, ясно, – полицейский с бутербродом переводит взгляд с меня на Машу и снова на меня. – Знаешь его? – кивает на меня, спрашивая у Маши.
– Да.
– Ясно. Ну что, позвонил адвокату? – обращается уже ко мне.
– Скоро приедет.
– Так. Даю ему полчаса, – смотрит на часы. – Если не приедет, то без него. Мне еще отчет оформлять к утру. Сидите пока здесь.
И он уходит. В полутемном коридоре мы остаемся одни. Если не считать дежурного в стеклянной будке.
Смотрю на Машу. Она плачет.
– Маш, – придвигаюсь к ней и кладу руки в наручниках ей на ноги. – Не плачь, Маш. Ну, чего ты? Все будет в порядке. Сейчас Тигран приедет и нас выпустят.
Маша сидит, опустив взгляд и шмыгая носом.
– Стыдно, – произносит чуть слышно. – Что они подумают? За кого они меня приняли?
– Ну и плевать на них, – пытаюсь ее взбодрить. – Знаешь что? – наклоняюсь, чтобы поймать ее взгляд. – Если бы мне сказали, что дадут срок за то, чем мы занимались в машине, то я…
– Остановился бы? Не стал этого делать? – опережает меня.
– Не угадала, – улыбаюсь. – Я бы сделал это снова и снова. Еще и еще. Я бы и сейчас это сделал, Маш. Потому что мне нравится доставлять тебе удовольствие. Слышишь меня, маленькая?
Тут раздается громкий кашель дежурного за стеклом. Он неодобрительно смотрит на нас.
– Ладно, я сделаю это, но без свидетелей, – пальцами сжимаю ее ногу и сажусь прямо.
Тигран приезжает даже раньше, чем обещал. Его опыт, связи и мои деньги творят чудеса. Скоро мы все оказываемся в его машине.
– Ну что? Куда едем? – спрашивает он бодренько так для двух ночи.
– Можно меня домой? – шепчет с пассажирского сиденья Маша и называет свой адрес.
Мне капец как хочется, чтобы она поехала ко мне домой. Ко мне! Но понимаю, что сейчас нельзя настаивать. Пусть выдохнет. Завтра заберу ее.
Поэтому молча киваю Тиграну и он довозит Машу до дома. Я иду провожать ее.
– Ну как ты? – спрашиваю, обнимая за талию в коридоре ее квартиры. В ответ Маша лишь громко вздыхает. – Прости меня, Маш, – произношу я. Для Маши точно неожиданно. Она резко поднимает взгляд на меня. Смотрит внимательно. – Прости. Но зато мы теперь оба знаем, к чему приводят такие шутки. Да, Маша?
Недовольно сжимает губки. Я беру ее за подбородок и провожу большим пальцем по губам. Сладкий ротик, который так стонал там, в машине. Наклоняюсь и целую ее. Крепче обхватываю и прижимаю к себе.
Черт! как же хочется остаться. Подхватить ее и отнести в комнату. На кровать. И…
Стоп, Руслан. Стоп.
Не сейчас.
Первый раз будет не при таких обстоятельствах. Нет.
Сам отпускаю Машу и отмечаю, что она совсем не сопротивляется. То ли устала, то ли сдалась. Хотя второе навряд ли.
– Я завтра заеду, – шепчу ей в ушко и целую его.
Заставляю себя уйти.
– Поехали ко мне, – бросаю Тиграну, садясь обратно в машину. – Тошно одному. Да и напряжение надо снять.
– Эй-эй, – он в шутку отшатывается от меня. – Аккуратнее. Аня не переживет такого.
– Да хватит, – говорю недовольно. – Так паршиво.