Как по мне, так напоминает: «сиди и не высовывайся», но кто я такая, чтобы судить о функционировании мужской логики?
Увы, но никаких конкретных идей, как быть напрямую представленной наследнику и не затеряться в общей массе потенциальных невест, у меня так и не появилось. Но Невилл и здесь нашелся, пообещав представить меня лично, в качестве дорогого друга. По его мнению, девушка, описанная именно таким образом, а не невестой или сестрой, вызывает неконтролируемое любопытство. Как раз то, что нужно.
А вот самым сложным в подготовке оказалось не обращать внимания на разговоры сокурсниц, в которых они делились планами по завоеванию венценосного отпрыска. А обсуждали последнего везде, все и постоянно. Откровенно говоря, мне его уже даже жаль становится. Интересно, он хотя бы подозревает, что его ждет? Надеюсь, у него железные нервы.
И вот день «Х» настал. Нервничала ли я? Еще как! Да еще и Лиама с утра не видела, а он единственный сейчас мог меня успокоить. Все верно, встретимся мы уже на самом балу, потому, как явиться туда должны каждый со своей семьей.
И вот, после нескольких часов аккуратной подготовки, включая натуральный макияж и прическу, я крутилась перед ростовым зеркалом, любуясь окончательным результатом.
И, стоит сказать, он мне нравился. Расправила несуществующие складки на светло-сиреневой юбке, расшитой крупными цветами из мелкого бисера – в общей тематике праздника. Ткань плавно спускалась, очерчивая крутые бедра, а небольшой шлейф при ходьбе чуть выделял очертания ног и подчеркивал тонкий стан.
По совету Лиама, лиф полностью закрывал грудь, заканчиваясь широкими рукавами до локтя. Правда, был из полупрозрачной ткани, расшитой, как и юбка. Мужчина считал, что именно эта мнимая скромность, когда кажется, что можно подсмотреть, будоражит и привлекает взгляд больше всего. А вот лебединую шею посоветовал оголить, высоко собрав локоны.
Завершали образ заколки-цветы из драгоценных камней, и несколько обязательно тонких браслетов, чтобы еще ярче подчеркнуть изящные запястья.
И если до этого у меня были сомнения в конечном результате, то теперь я смотрела на себя и удивлялась. Образ получился потрясающим, утонченным и нежным, и в то же время притягательным и даже немного загадочным. Но откуда у Лиама такие познания в женской моде и стиле? Уж не завел ли он себе невесту? Мысль неприятно отозвалась в груди. Странно. Хотя это наверняка потому, что не поделился со мной секретом.
И вот я, спустя буквально час, сопровождаемая родителями и моим шестнадцатилетним братом, стояла во дворце перед огромными дверями, украшенными искусно выполненным цветочным барельефом, покрытым золотом, и ждала очереди.
Церемониймейстер огласил наши имена, двери распахнулись, я выдохнула, мило улыбнулась, ведь не следует пренебрегать советами, и шагнула в просторный зал, на секунду зажмурившись от ударившего в глаза света.
Мы прошли чуть глубже и остановились у стены. Пока родители приветствовали знакомых, обмениваясь дежурными фразами и новостями, а Винсент сбежал искать друзей, я принялась крутить головой осматриваясь.
Как же красиво! Цветы – символ праздника абсолютно везде: покрывали перила, спускались вдоль лестниц, гирлянды из них обвивали колонны, светильники, ниши для отдыха, даже свисали с потолка. Это, не говоря уже о том, что на каждом уступе стояли вазы с восхитительными букетами. По стенам рассыпались проекции бутонов, которые медленно распускались в полноценные цветы и вновь закрывались, чтобы пройти цикл заново, а в воздухе парили сотканные из магии бабочки – шедевр огненных чародеев, оставляющие на некоторое время после себя след в виде полосок мерцающих искорок. Да и сами приглашенные обязаны были иметь как минимум один аксессуар соответствующей тематике – украшения на платьях или волосах леди и в петлице джентльменов.
Даже бокалы в форме бутонов. Подцепила один из них с подноса проходящего мимо лакея. Выбрала голубой – знак, что внутри простая вода. Да, чтобы гости не путались, придумали строгое правило – для каждого напитка свой цвет. Сделала глоток и принялась высматривать Лиама. Интересно, они уже приехали?
– Что-то ты скромно выглядишь, – услышала сбоку.
Лейла Форстер, кто же еще мог быть? Моя «заклятая подруга». Ладно, подругами мы никогда не были, скорее конкурентка. Вернее, это она пыталась конкурировать со мной, причем во всем, включая учебу и внимание мужской половины колледжа. Мне же было на нее плевать. Я отлично училась, и знания давались довольно легко, пользовалась популярностью среди противоположного пола, хотя и не реагировала. Поставила перед собой цель, и вся это романтическая ерунда меня не интересовала. Но именно это почему-то всегда бесило Лейлу. Она при каждом возможном случае старалась показать, что лучше меня.