Джаред поспешно отогнал мысли, что неблагой мир стал окончательно неблагим.
Отужинали в молчании: Клейт тоже хотела участвовать в разговоре, а напрягать ее голосовые связки не хватало совести ни одному из присутствующих мужчин. Джаред полагал, что мотивы их разнятся как день и ночь, но факт оставался фактом — молчание было единодушно.
После ужина Клейт заразительно раззевалась, Лорканн раскрыл над лагерем магический полог, дико мощный, такой, который не прошибить и дракону, постелил плащ дочери, укрыл ее одеялом, а сам прилег рядом…
Джаред еще некоторое время бодрствовал, глядя на огонь и воскрешая в памяти события дикого дня, а когда опять посмотрел на неблагое семейство, оказалось, что Клейт свернулась клубком, подкатившись к груди отца, в свою очередь обнявшего ее поперек худощавой спины.
Джаред подумал, насколько сложившийся исход был маловероятен… Поглядел еще… Встал и накинул запасное одеяло на обоих. Пусть спят.
На третье утро, к большому удивлению Джареда, оказалось, что грифон вполне может нести взрослую ши и двое суток кряду. Клейт, все еще не в состоянии передвигаться самостоятельно, едва-едва приходившая в силы после нормальных обеда, ужина и завтрака, теперь активно разрабатывала голосовые связки, стараясь поддерживать беседу. Джаред видел, что девушке сложно, однако Лорканн отвечал ей, как будто обмен репликами был обычным и ничего не значащим.
Дед вел себя смирно, в словесную перепалку не лез. У Джаред возникло не очень хорошее подозрение, что тот роется в его голове без его согласия, поэтому он шел с трудом и все время оступался — постоянно поддерживать внутреннюю защиту оказалось делом сложным. В итоге на очередном привале Джаред упал где стоял. Клейт торопливо бросилась к нему, но ее опередил Лорканн. Подтащил советника на место посуше, тряхнул за плечи и скомандовал:
— Ну что стряслось, мальчишка? Рассказывай!
Джаред хотел было вяло огрызнуться, но камень стал невыносимо горячим и советник отбросил его от себя.
— О! — Лорканн присел, сверкая желтизной глаз. — Кто это тут такой древний? Кто это тут такой страшный?
С одной стороны, Джареду хотелось захихикать от подобных речей, но слово «страшный» было сказано без капли юмора, а значит, Лорканн не шутил.
— Ага-ага, — покивал неблагой, пристально глядя на стеклянный шар с острыми гранями.
Джаред переглянулся с ошеломленной Клейт и сглотнул: его дед и ее отец вели между собой какой-то странный диалог. Радостно, что дед переключился на кого-то еще и страшно, о чем они между собой могут договориться.
— Он хочет знать, что тут произошло за последние пять тысяч лет, — Лорканн поднял камень на уровень собственного лица.
— Я то-же! — выговорила Клейт. — А гд-д м-ма?
— Совместим, — улыбнулся Лорканн. — Дома, дожидается, когда же мы с Джаредом тебя найдем. Видишь ли, дома тоже достаточно много перемен, в частности, твоя племянница Линнэт ждет рождения сына, а сама Шайлих задумалась о дочке, так что бегать по болотам ни одна, ни вторая себе позволить не могут.
— Тр-р-и?
— О, прекрасно, Терри просто прекрасно, особенно с тех пор, как я выскреб его из ловушки, куда они с Луисой так самозабвенно замуровались на четыреста лет!
— Ч-чт-р-с-та?!
— Да, представляешь? Они еще умудрились родить четырех детей, совершенно загнобить двух младших и сгинуть с неблагого света, не передав никому власть!
— Чдки!
— Это точно, хотя на языке вертятся и немного иные слова!
— П-па! — сейчас Клейт почти смеялась.
— Нет, а что такого? Терри и Луиса совершенно точно бесталанные ублюдки, ибо единственные их достижения никак не вменить им в вину: рождение Линнэт и Бранна произошло с их помощью, однако за набор черт характера и воспитание этих двоих Терри с Луисой не в ответе!
— П-па-а, — на сей раз укоризненно.
— Ох, только не это, если ты тоже присоединишься к лагерю укоризненных взглядов, я уйду жить в пустыню!
— П-па! — уже возмущенно. И очень обеспокоенно.
— Шучу-шучу, не волнуйся ты так, от вас едва отвернешься, уже поворачиваться страшно: что успели без меня натворить?
Джаред злорадно подумал, что общая неблагость сказывается даже на неблагих!
— П-па-а… — бывшая драконица прильнула к отцовской груди.
— Так я и поверил!
Видимо, обещала.
— Многоуважаемый советник, — повел свободной рукой Лорканн, и Джаред, откашлявшись, начал:
— Наша вселенная, как известно, делится на три мира, — покосился на Лорканн, показавшего ему гармошку из множества вселенной, но тот подозрительно молчал. — Нижний мир населяют фоморы, благие и неблагие ши. Фоморы владеют морями и океанами, неблагие и благие поделили сушу. Но наши с вами миры, — покосился Джаред на Клейтарри и Лорканна, — отделены друг от друга временем и пространством. Но равновесие наших земель постоянно под угрозой. Мой дядя Мидир и твой отец, ваше высочество, вместе с морским царем Айджианом смогли предотвратить второй, по всей видимости, общемировой катаклизм. Они сохранили уменьшившуюся землю и отдали ей свои силы. Почти все. Третий раз мир встал на грань, когда Мидир влюбился в Этайн. Но она была несвободна и любила своего земного супруга.