Удивительно то, что в мою истерику никто не вмешивается. Хотя я не стараюсь быть тихой. Ни здоровяк-кучер, ни двое на запятках. Да уж, охрана у меня как у президента. Впереди ещё две менее презентабельные повозки с телохранителями и сундуками и позади две. А ещё я углядела где-то в начале этого обоза двух снежных барсов. Огромных таких, я их, конечно, в живую никогда не видела, но думала, они помельче. Хотя в этом мире, может быть, совершенно другие животные проживают.
В общем, истратив всю энергию на самобичевание и сожаление, благополучно засыпаю. Просыпаюсь, только когда карета останавливается. Выглядываю и прищуриваюсь, стараясь разглядеть в этой темени хотя бы очертания зданий. Только чудится мне, что мы в лесу.
— Мы уже приехали? — хрипло спрашиваю у стоящего возле двери кареты мужчины в кожаных доспехах.
— Мы на нейтральной территории, миледи. Сейчас соберём шатёр, отдохнёте. С рассветом отправимся в путь, — скупо отчитывается мужчина, сверкая в темноте глазами.
— Хорошо, — покорно соглашаюсь. — А могу я пройтись, ноги размять?
— Конечно, — удивляется мой тюремщик и, распахнув дверцу, протягивает раскрытую ладонь.
— Благодарю, — улыбаюсь миролюбиво и выскакиваю на улицу.
Глубоко вдыхаю чистый, насыщенный травами и цветами воздух. Прислушиваюсь к шелесту веток, журчанью речки и уханью птиц. Мы точно в лесу.
Стражники разбили лагерь, распрягли лошадей и занимаются своими делами. Кто-то охапку дров несёт, кто-то костёр сооружает, несколько ребят что-то мастерят. Все работают. Только двое стоят возле меня. Охраняют самый ценный груз.
— А не страшно-то в лесу останавливаться? — спрашиваю у одного из парней. Вижу в его глазах открытое непонимание. — Мало ли разбойники какие захотят поживиться. Или другие душегубы. Меня вроде уже пытались убить.
— Это ведь Лес забвения, миледи. Нейтральная территория. Здесь нет разбойников, и никто не посмеет напасть, — как маленькой объясняет он.
— Ну хорошо, — пожимаю плечами, боясь вызвать подозрения. — Как вас зовут?
— Торвальд, миледи.
— Кессар, — отвечает второй.
— Я Яри… то есть Аврора, — вовремя опомнившись, представляюсь в ответ.
— Мы знаем, — кивают мужчины.
— Ну да, — хмыкаю я и, оттолкнувшись, иду осматривать палаточный городок, который тут разбивают. Стражи синхронно стартуют и следуют за мной.
Остальные при моём появлении прекращают работать и цепко следят. Взглядами тяжёлыми провожают и принимаются за свои дела, только когда я отхожу подальше.
Да уж, от этих товарищей сбежать не получится. Тотальный контроль.
Дойдя до горящего костра, устраиваюсь на поваленном бревне.
— Ужин будет готов через полчаса, — бурчит незнакомец, потроша тушку птицы возле огня.
— Хорошо, спасибо, — киваю ему и открываю книгу.
Только читать не получается. Я постоянно отвлекаюсь на мужчин. Очень уж они колоритные. Ходят тут все здоровые, брутальные. Дрова рубят, шатры строят, кашеварят, просто стоят.
А ещё нет-нет да и возвращаюсь мысленно к мужьям. Интересно, чем они сейчас занимаются? Себастьян, небось, с любовницей кувыркается. Доказывает ей, что жена для любви не помеха. А вот второй? Рычащий.
Хантер.
Задумавшись, неосознанно губы облизываю. Его голубые глаза так отчётливо появляются в сознании, аж в груди печёт от воспоминаний. Жаль, конечно, что он такой грубиян. И вообще, наверняка у него тоже есть любовница. Не зря ведь они отослали меня. И чем им не нравится Аврора? Красивая ведь, молодая, невинная, судя по рассказам служанки. Ну, тряслась и боялась их. Оно и понятно. Девушке только восемнадцать лет исполнилось. При должном обращении можно было бы приручить её, вниманием окружить. Глядишь, и полюбила бы их. Возможно, даже закрыла бы глаза на недостатки.
Уже поздно, конечно, думать об этом. Авроры нет, зато есть я. И я совершенно точно не буду закрывать глаза на их недостатки. И в семейную жизнь играть тоже не буду. Всё. Добрая Ярина осталась там, на Земле.
Тряхнув копной белокурых волос, прогоняю образ рычащего Хантера и сурового Себастьяна. И вздрагиваю от настоящего рыка. Низкого, протяжного и очень даже грозного.
Двое из ларца, стоящие рядом, сгибают немного ноги, будто к прыжку готовятся. Один из них и вправду прыгает. Прямо через костёр.
Обалдело, прижимаю к груди раскрытую книгу и во все глаза смотрю, как обычный, казалось бы, мужчина в прыжке превращается в здоровенного снежного барса. Так эффектно и органично. Даже не понимаю, в какой момент происходит трансформация. Вот он отпружинивает в шаге от меня на двух ногах, а приземляется с другой стороны яркого пламени на четыре пушистые лапы.