— Вы согласны с решением? — спрашивает лорд Дэлейн.
Взгляды будущих побратимов скрещиваются, и ни один из них не сдаётся другому. Два кровных врага не торопятся отвечать согласием, испытывая терпение и выдержку друг друга.
— Если ты попытаешься меня обмануть, — наконец говорит альфа, — я разорву этот союз, и маги потонут в крови.
— Аналогично, — флегматично отвечает стоящий в другом конце стола мужчина.
Присутствующая делегация магов и двуликих медленно выдыхают и возвращаются к столу переговоров. Наконец-то в Вейлорне будет мир. Пусть шаткий, но долгожданный.
А за пышным кустом одна бедная невеста бесшумно плачет и придумывает план побега. Она не желает вступать в брак с пугающим её архонтом. А двуликих она вовсе считает дикарями, разрывающими человечек на части.
Глава 1
— А вы меня не бросите? — спрашивает мой подопечный, грызя помпон на шапке.
— Не брошу, Никитос. Будем ждать твоих родителей до победного, — улыбаюсь я, забирая головной убор и надевая на его голову. Зима на дворе как-никак. — Застегни куртку, сейчас позвоню ещё раз твоему папе.
Мальчишка послушно застёгивает куртку, а я вновь набираю номер его папаши года.
— Слушаю? — чеканит злой голос из динамика.
— Здравствуйте, это воспитательница вашего сына, Ярина Станиславовна.
— И?
— И... вы приедете за Никитой?
— А он что, ещё в саду? — удивляется он.
Риторический вопрос, потому что сразу после него идёт отборный русский мат. Забористый такой. И материт мужчина маму мальчика. Высказав мне все претензии, адресованные другой даме, коротко бросает:
— Приеду через десять минут.
— Жду, — хмыкаю я и отключаю телефон. Притягиваю грустного мальчика к боку и улыбаюсь. — Десять минут, Никитос, и папа тебя заберет.
— Опять будут ругаться, — вздыхает пятелетка и пинает забор.
— А ты их не слушай, лучше в детскую зайди и порисуй, — предлагаю я, копаясь в сумке. Вытягиваю последний мандарин и протягиваю ему. — Завтра мы будем писать письмо Деду Морозу. Вот подумай, что бы ты попросил у него.
— Я бы попросил другую маму, — бубнит мальчик, очищая фрукт от кожуры. — Такую, как вы.
Умиляюсь детской непосредственности, но ничего не говорю. Лезть в чужую личную жизнь нельзя. Особенно давать деткам советы в отношении их родителей. Не педагогично.
— Янина Станиславовна, — коверкая моё имя, Никита задирает голову. Бровь вопросительно выгибаю. — А выходите замуж за моего отца? Он хороший. Самый лучший.
Ага, я уже в курсе, какой хороший этот самый отец. Особенно как хорошо он материт собственную жену и мать его ребенка.
— Прости, малыш, но моё сердце занято другим мужчиной, — отвечаю ласково, поглаживая по плечам.
— Кем? — хмурится он.
Вопрос прерывается рёвом автомобиля. К нам на бешеной скорости несётся взволнованный родитель.
— Папа! — Никита вырывается из моих рук и бежит к выскочившему из машины мужчине. — Я думал, вы про меня забыли.
Папаша года подхватывает сына, осматривает его и поправляет шапку.
— Спасибо, Ярина Станиславовна, — басит он, подталкивая ребенка в салон.
— Вы, пожалуйста, больше так не опаздывайте. Зима, темнеет рано, после шести в саду отключают отопление и свет, — менторски отчитываю я, доставая телефон, чтобы посмотреть, когда приедет мой автобус.
— Да, сегодня форс-мажор получился. Клара… Мама Никиты… А давайте мы вас подвезём до дома? — оборвав свою мысль, предлагает он. — Так сказать, компенсация за ожидание.
— Хорошо, — соглашаюсь я и с радостью ныряю на переднее сиденье.
Он аж удивлённо брови вскидывает. Что? Не ожидал? Думал, застесняюсь и откажусь? А вот я «нетакуся». То есть «такуся». В общем, когда вижу выгодное предложение, не отказываюсь от него.
Устроив сына в автокресле, мужчина садится за руль и давит на газ. В салоне тепло, из магнитолы льётся ненавязчивый джаз. Никитос играет в планшет и дожевывает мандарин. А мы молчим.
— Вы замужем? — спрашивает вдруг нечаянный водитель.
Вот не пойму я, почему всех интересует мой статус? Ладно родственники, для них свободная я — как бельмо на глазу, мешаю спокойно жить. Как это так: одна, ни мужа, ни ребенка, ни котёнка. Кто мне на старости лет стакан воды подаст? Но вот совершенно чужого человека почему это интересует? Тем более женатого!
— В разводе, — отвечаю сухо и включаю телефон в надежде, что на этом наш диалог завершится.