Алексей неожиданно разозлился и с трудом удержался от грубого ответа. Вероника была права. Подобные разговоры стали в их доме слишком частыми. Через несколько дней после возвращения с дачи эйфория от истории с ожившей церковью постепенно утихла, и он стал считать этот случай обычным совпадением. Мало ли сейчас возрождается храмов! С чего он взял, что в этом есть его заслуга, что в этом сыграла какую-то роль написанная им книга? Мания величия, да и только.
Борис звонил каждый день, интересуясь, куда пропал его друг и не пора ли вернуться к бизнесу и отправиться в новую поездку. Алексей вроде бы и готов был приступить к работе, но постоянно находились какие-то неотложные дела, заставлявшие откладывать отъезд, – отвести сына в поликлинику, поставить машину на техосмотр, утеплить на зиму балкон…
Каждое утро он просыпался с мыслью, что надо возвращаться к работе с Борькой, и тотчас вслед за этим в душе появлялось легкое, но неприятное облачко сомнения. Скорее, это было даже не сомнение, а чувство вины или муки совести. Было такое ощущение, что он должен продолжать писать – но перед кем у него этот долг и откуда он вдруг взялся, Алеша объяснить не мог. Нечто похожее он испытывал в школе, когда делал уроки и заставлял себя сесть за ненавистные химию и биологию. Тогда он тоже говорил себе «надо» – но мог объяснить, кому это надо и для чего: ему же самому, чтобы не нахватать двоек, окончить школу с нормальным аттестатом и не иметь проблем с поступлением в институт. А тут на вопрос «кому надо?» ответа у него не было.
И он все-таки садился за стол, раскрывал тетрадь с летними набросками и мучительно сочинял несколько предложений, на что могло уйти иногда несколько часов. После чего он вновь убирал тетрадь и весь день чувствовал себя очень усталым и снова виноватым. А назавтра все повторялось.
Утренний разговор с Вероникой поставил точку в его метаниях. «Забудь о книгах и вернись к машинам», – подобно большинству людей, он услышал из ее слов лишь те, которые хотел услышать. В первый момент Алеша был просто счастлив, что кто-то принял решение за него – то самое решение, к которому он всей душой склонялся. Однако радость была недолгой, на смену ей тут же пришли укоры совести.
Чтобы избежать их и найти себе оправдания, Алексей посмотрел на сына. Павлушка растет, не успеешь оглянуться, как пойдет в школу. И неизвестно, какие еще сюрпризы ждут их впереди. В нашей стране можно ожидать чего угодно. Введут, допустим, платное образование. Про медицину и говорить нечего – лечиться бесплатно можно только от царапин… Но даже если с этим все будет в порядке, все равно парню нужно очень многое: одежда и обувь каждый год, мебель, ремонт в его комнате хорошо бы сделать… Сначала игрушки, затем велики-ролики, карманные деньги. Потом будет поступление в вуз, опять же связанное с большими затратами. Деньги, деньги, снова деньги. А Вероника? Разве ей не хочется, как любой другой женщине, быть модно и стильно одетой, носить дорогие украшения, пользоваться хорошей косметикой и французскими духами, каждый год отдыхать на море, жить в уютной квартире, где есть и стиральная машина, и моющий пылесос, и кухонный комбайн, и современный телевизор, и музыкальный центр? Все жены этого хотят, да не все мужья могут такое обеспечить. А у него, Алексея, в отличие от многих, есть возможность хорошо зарабатывать, однако он теряет драгоценное время, стоя на распутье, как витязь с картины Васнецова.
– Спасибо, Ника, – Алеша поцеловал жену, взъерошил белокурую головку Павлика и отправился к телефону. – Не буду тянуть, сейчас же позвоню Борьке. Может быть, завтра уже уеду.
Но он никуда не поехал. Даже не успел поднять трубку, потому что телефон зазвонил сам.
– Алексей Григорьевич? – спросил вроде бы неизвестный, но в то же время смутно знакомый голос.
– Да, это я, – он вдруг отчего-то растерялся.
– Добрый день. С вами говорит Эмиль Миславский.
Эмиль Миславский! У Алеши от волнения даже дыхание перехватило. Вот почему голос показался знакомым! Знаменитого кинорежиссера Миславского он много раз видел по телевизору и даже однажды встречался с ним на каком-то творческом вечере, но при этом даже близко подойти не решился – кто он такой, скромный молодой писатель, по сравнению с мировой знаменитостью! Фильмы Миславского были очень известны и популярны, даже брали призы на международных кинофестивалях.
– У меня есть для вас предложение, – продолжал тем временем режиссер. – Надеюсь, оно вас заинтересует. Как вы смотрите на то, чтобы пересечься где-нибудь в центре и поговорить?