— Допустим, — серьезно кивнул Чейзи. — А дальше? Условия придумывала ты, или сразу советовалась с юристом?
— Нет, я сама. Точнее, сам Эдгар. Это условие пари: он извинится, если когда-либо снова позовет меня к себе домой. Ну, я и сделала, чтобы позвал. Само заклятье «дракон и феникс» подсказало мне, что должно стать условием.
— Профессор Хистис тоже говорил что-то о драконах. О чем это? Короче, чётко, как работает? Я уже понял, что без тебя мы ничего не снимем. Эдгар пытался, и потом чуть не сожрал профессора…
— Он был енотом, когда давал консультацию? — я захихикала, представив этот «зоопарк».
— Часть времени, да. Но в любой ипостаси Хистис уверенно сказал, что любая магия бессильна, тут единственный выход из заклятья, тот, что закодирован в коврике.
— Ну да, — кивнула я. — Согласись, как удобно! Заклятье «дракон и феникс» — особая цепь, только для двуликих, которая привязывает жизнь проклятого всеми узлами и его собственной шерстью к этому ковру. Скажи, Эдгар ведь может не сидеть на нем? Может отойти?
— Да, сколько угодно далеко. Но это не помогает!
— Вот именно. Эта связь нерушима. И уничтожить коврик невозможно. Сжечь пробовали?
— Первым делом! После того, как он его пытался разорвать и разгрызть.
— Отлично! Так вот, была такая сказка, древняя легенда. Один дракон, конечно, из двуликих, в образе такого же мачо, как наш герой, только более смуглый, незаслуженно обидел прекрасную деву-феникса, тоже двуликую. Не знаю, повода, но они оба обратились и так ругались, что их пламя смешалось и жгло противника ненавистью. Так говорит легенда. Возможно, до того у них были другие отношения, но дракон проклял феникс, сказав, что никогда ее видеть больше не желает.
Тогда она соткала заклятый ковер, в который добавила свой волос, его коготь, свою кровь и наплела много заклятий в каждом узелке. Не спрашивай, как я это повторила, это как песня, само льется! Подбросила ковер в его пещеру, пока дракон спал. И когда он ступил на коврик, потерял власть над своим обращением. Он поневоле стал драконом, и не мог вернуть ипостась человека. Так же, как Эдгар сейчас. Может, для кого-то это не трагедия, но для двуликого дракона, видимо, это был удар. Кроме того, он ослеп. Он ведь желал больше не видеть феникс. Ну, а когда она пришла, сказала, что только ее прощение и более того, ее поцелуй вернет ему свободу. Только имей в виду — добровольное прощение, это главное. Меня бесполезно шантажировать, пытаться подкупить или заставить! Захочу, только тогда сделаю, на своих условиях…
— Ясно. Спасибо, что Эдгар хотя бы не ослеп!
— Он сам этого не пожелал себе. Он же сказал, что я никогда не переступлю порог его дома, а вот я здесь. Первый этап выполнен, пари я выиграла. А дальше… как договоримся.
— И чего ты хочешь? — друг Вольфа вполне непринужденно обнимал меня за плечи одной рукой. Мы болтали, как будто тыщу лет знакомы, и я совсем не думала л двух свидетелях.— Во-первых, я хочу, чтобы он перестал рычать! Ты же не думаешь, что я согласна целовать ЭТО? — фыркнула я. — А дальше, мне нужна официальная помолвка. С брачным контрактом, все дела, сроком не меньше, чем на полгода. При разрыве помолвки со стороны Эдгара, (а он, как мне кажется, не склонен доводить дело до свадьбы), я получаю кругленькую сумму неустойки, как оскорбленная сторона. О нашем пари и его последствиях газеты не должны узнать. По крайней мере, мне это невыгодно. Ну и как бонус, прямо сейчас мистер Вольф, точнее «Волчье логово» в лице мистера Вольфа, всё-таки подпишет договор с «Пантерой» на наших условиях. Восстановить профессиональную репутацию мне тоже важно. Собственно, я только этого и хотела, но в заклятии был поцелуй… В общем, так получилось. Естественно, все гарантии моей безопасности должны быть прописаны в контракте. А то знаю я вас, волков!
9
— Ну что, вполне по-божески, — признал Чейзи. — То есть, ты не обиженная поклонница и не сгораешь от неразделенной любви к Эдгару?
— Вот ещё!
— И даже фиктивный брак тебе не нужен? Видишь ли, для семьи Вольф, для всего нашего клана, развод страшный скандал и кровный позор. Худшиц удар по репутации трудно придумать. Волки ведь однолюбы!