Мужчина развернулся на пятках, подлетел обратно и, вместо того, чтобы высмеять меня и сказать, что могу дойти сама (а я бы правда могла), неожиданно включился в мою игру:
— Прости, совсем забыл.
Он снова взял меня за локоть и повёл через дорогу, держась на расстоянии. Сейчас в этом отстранённом жесте мне виделось больше заботы, чем в вопросах о самочувствии от других людей. Возможно, я давно не общалась с мужчинами и теперь каждое проявление благородства будет казаться мне чем-то личным.
— Морган, спасибо тебе. Ты спас мне жизнь.
— Вряд ли ты бы сегодня умерла. Скорее впала в кому или уснула, — мужчина поморщился. — Прости. Я разучился общаться с людьми. Рад, что успел и смог тебе помочь.
Меня не задели его слова. Они как раз были логичны. То, что он пытается помочь незнакомой даме в беде, для меня было более загадочным. Я всё ждала, когда мне выставят счёт.
У моей двери доктор остановился:
— Про общение со лжецами, которое высасывает энергию. Я никогда не вру.
Я выгнула бровь, а Морган продолжил:
— Только посторонним, и то ради восстановления справедливости… А тебе соврал два раза.
— Один из них, когда сказал, что глаза — результат отдачи? Всем известно, что прямых последствий для тела не бывает. Даже если предположить, что в неудачный день входит сломанная рука, бриллиантовые глаза скорее похожи на награду, чем проклятье.
— Нет, это как раз правда, — Морган выглядел удивлённым. — Я соврал, что тебя неправильно лечат, чтобы ты убралась из этой проклятой клиники.
— Лучше бы я тебя послушала, — пробормотала я и задумалась — а лучше ли? Да, чуть не умерла, но страха нет. Как и сожалений. Только осознание: да, мир в очередной раз подстроил мне западню, но сам же помог из неё выбраться. Я даже чувствую себя непобедимой, сильной, хотя моё самочувствие — заслуга Моргана. Но в глубине души появилась надежда, что мои силы когда-нибудь вернутся. Надо давить эти мысли, пока я не заигралась в счастливую жизнь и снова не получила от мира пощечину.
— Я бы и сам не поверил, если бы какой-нибудь мужик выследил меня и предложил держаться подальше от…
— Так ты меня выследил?
Морган открыл входную дверь, пропуская меня внутрь. Догадываюсь, что это способ избежать ответа. Как и его следующее заявление:
— Тебе кто-то звонит.
— И как, позволь спросить, ты это услышал? Если это способ сменить тему, то он не вяжется с твоей честностью.
— Это способ сменить тему. Но тебе правда кто-то звонит. А мне надо ехать к Зеффу. Разберусь и сразу вернусь. Если почувствуешь себя хуже, сразу звони.
Доктор развернулся и ушёл, а я поплелась в спальню, где с утра покоился мой телефон. Наверняка Дэн злится, что меня потерял.
18 пропущенных. Да, он точно злится.
Но его голос скорее обеспокоенный, чем злой. Друг моментально берёт трубку и покорно выслушивает мою ложь про лёгкую простуду.
— Я как раз собирался ехать к тебе. 10 минут и буду выезжать. Только закончу с одним делом, — последнее предложение прозвучало как-то необычно грозно для Дэна. Послышался глухой удар и тихий стон.
— Дэн, всё хорошо, я сейчас лягу спать. Не трать время. Или хочешь вместо работы смотреть, как я сплю?
— Я бы может был бы не против, но моё мнение никого не интересует, — буркнул он, взял с меня обещание, что я позвоню ему позже, и отключился.
Да, Дэн знал обо мне почти всё, но посвящать его в свои проблемы не хотелось. Скорее по привычке, чем из-за недоверия, ведь личных тем мы касались редко. В обществе не отвечают на вопрос «как дела» долгим монологом, потому что никто не ждёт честного ответа. Никто, но не Дэн. Только это не повод выкладывать ему все подробности моей жизни.
Прозвучал звонок в дверь. То ни одного мужчины, то целых два. И именно сегодня, когда я чувствую себя воскресшей из мёртвых. И выгляжу наверняка также.
— Что, уже соскучил..? — я не успела договорить, потому что на пороге стоял человек, которого я меньше всего сейчас ожидала увидеть. Моя бабушка Леда.
Глава 3
В смерти нет ничего плохого
В последний раз с бабушкой мы виделись около полутора лет назад, перед её отъездом к моим родителям. Я сбежала из города, не дождавшись её и не попрощавшись. За это время мы несколько раз созванивались, но я ни разу не рассказывала, что переехала. Про потерю сил я тоже умудрилась умолчать и подбила на это дядю.
В нашу разлуку Леда загорела и подтянула тело. Пусть бабушке около 70, но её это не останавливает ни бегать по несколько километров в день, ни держать сейчас в зубах сигару. Да и чёрные кожаные брюки, кремовый пиджак и огромные белые солнцезащитные очки выглядят на ней точно уж лучше, чем если бы их надела я. А её распущенные седые волосы намекают, что она не собирается ничего закрашивать ради стандартов красоты.