− Ты кочевник? − задала она очевидный вопрос своему спасителю и одновременно − прилипале, чтобы разрядить обстановку. Сейчас она была благодарна ему за еду, и стало даже как-то неудобно из-за того, что она ничего не может дать взамен.
− Верно. Живу в Зубастых Холмах уже тринадцать лет. До этого мы много путешествовали, искали свое место. Здесь оказалось безопаснее всего.
«И по какой-то счастливой случайности обосновались за горой, где по другую сторону живут ваши враги», − подумала девушка, но вслух этого не сказала.
− Значит, вы тоже скрываетесь, − выдохнула Милька и пожалела, что не подумала прежде, чем произнести свои последние слова. Хотя, он уже итак понял, что она рильфа.
И рильфы, и гварги отличались от магов и людей. Первые искали уединенное место, подальше от остальных, чтобы чужаки не разрушили самое ценное − Древо Жизни. Сто лет назад рильфы и гварги были двумя раздельными кланами, потом стали одним, который назывался горуды, но двое властных мужчин во главе не поделили между собой власть, разругались и разделились. Рильфы с отличительными внешними чертами поселились за горой, придумали новые обычаи и посеяли в почве земли семя, из которого произросло Древо Жизни, а гварги долгое время кочевали, пока не нашли свое пристанище за горой, которую еще назвали «бугром».
− Ну не то, чтобы мы от кого прятались. У нас-то и брать, по сути, нечего. Магам наша земля и подавно не нужна. Что касается людей, в современном мире удобств у них с головой хватает. Просто... − он потер ладонями лицо. − Мне не нравится вся эта вражда. Из-за какой-то мелочи такой могущественный клан рассорился! По ту стороны горы находятся рильфы, − на этих словах Милька побледнела. − Даже несмотря на то, что ты внешне отличаешься от них, за гварга тебя тоже не примешь, прости. − Искренне сказал парень, а когда увидел, как она вся напряглась? продолжил: − Не нервничай, я сразу понял, кто ты. Для меня это не имеет никакого значения. Да, у наших кланов свое название, традиции и все такое… Но объединяет нас то, что все мы люди.
− Мне надоело прятаться здесь, переживать, что рильфы проникнут сюда и всех перережут, как молвят все вокруг, − продолжил Кедр. − Тебе, между прочим, повезло, что внешне ты похожа на бродяжку, а не на рильфу, иначе бы тебя схватили и отвели в нашу пещерную тюрьму. Там бы тебя допросили и вряд ли оставили в живых.
Милька смотрела на парня, не мигая. Вся съеденная еда подступила к горлу и норовила вырваться наружу. Она вовремя взяла себя в руки и подышала ртом. Напряжение слегка разжало свои цепкие когти…
− Я говорю это тебе с одной целью − я тебе не враг. Пока я рядом с тобой и ручаюсь за тебя, ты в безопасности, но долго оставаться здесь нельзя: ни тебе, ни мне.
Милька перевела взгляд на охранника и официантку и обратила внимание, что те переговариваются и недобро так поглядывают на нее.
− Мы можем помочь друг другу. Я буду защищать тебя и еще раз обещаю, что не предам. А ты возьмешь меня с собой и поможешь отсюда сбежать.
− Как?
− У меня есть план, − на его лице появилась лукавая улыбка. − Для начала нам надо познакомиться.
Милька хотела сказать, что уже знает его имя, но парень ее удивил:
− Я Киргиандр.
Девушка моргнула.
− Да, знаю, мое имя слишком сложное, никто из гваргов, − разумеется, кроме родных, − не может его произнести, поэтому все называют меня Кедр. Так что и ты можешь называть меня точно так же.
Милька кивнула, все еще переваривая слова нового знакомого.
− Ну а как тебя зовут? − Кедр постучал пальцами по поверхности стола. Девушка задумалась, как ей представиться: как к ней обычно обращались в Главии или именем, данным родителями при рождении. Там, в Главии к ней приклеилась репутация никчемной Мильки, но теперь она чувствовала изменения в себе. По крайней мере, у нее хватило сил сбежать и перебраться на другую сторону горы, чего не сделал ни один из рильфов из-за страха смерти на территории врага. Она еще с минуту подумала, а потом выпалила:
− Милабелла, но в родных краях меня называют Милька.
− Милабелла, − повторил гварг. − Мне нравится. Прости, но имя «Милька» тебе совсем не подходит.
− Почему?
− Потому что я вижу тебя насквозь, и знаю, что в том месте, откуда ты сбежала, к тебе относились несправедливо.
Его лицо озарилось такой солнечной улыбкой, что девушка улыбнулась в ответ.