***
Споила. Чем-то пригрозила. Претворилась больной. Я хотела оправдать Егора, но любая попытка это сделать вызывала противоречия. На хрена пить, если дома тебя ждёт жена? Угрозу можно встретить другой угрозой — либо заткнёшься, либо между нами всё кончено. Почему бы не накупить лекарств или отвезти в больницу, если больна?
Я лежала в темноте, уставившись в потолок, и думала. Голова всё ещё кружилась, сон не шёл.
Сначала было желание всё крушить. Потом хотела переодеться, прибраться и лечь спать. Но в итоге осталась лежать на красных простынях в своём сексуальном белье в обнимку с бутылкой вина, которая с каждым глотком становилась пустой. Я не убрала со стола, только свечи погасила. Пусть видит, что натворил. А ещё интереснее, как он оправдываться будет.
Как заставить Егора ревновать?
Если поеду в деревню, то это лишь даст ему свободу, а у меня на раковине — а может, ещё где-то — скопится ювелирный магазин. Чтобы флиртовать с его коллегами, нужно часто бывать у него на работе, а я толком не знаю, в какую сторону ехать. За длинную ночь и на пьяную голову я обдумала кучу вариантов. Даже мелькнула мысль поменять работу, и вместо преподавания онлайн устроиться секретарём в какой-нибудь престижной фирме. Потом эта мысль пропала, и я захотела обзвонить старых знакомых и устроить вечеринку. Егор тоже будет присутствовать, но я на него внимания обращать не буду. Я улыбнулась своему богатому воображению. Почему бы и нет?
Я уснула под утро. К тому времени бутылка совсем опустела. Я не слышала, как открылась входная дверь, а проснулась от поцелуя в плечо. Егор нависал надо мной, руками опершись о подушки.
— Ната, — шепнул он.
Я поморгала, пришла в себя, сбросила остатки сна. В секунду вспомнила нанесённую обиду и не раздумывая лягнула его в живот.
— Где ты был, козёл? — зарычала я, не узнавая собственный голос.
— Больно, чёрт…
— Мне больнее, поверь.
— Я это… уже понял.
Он сел, поглаживая место удара.
— Я встретил друга детства, — начал он, и я скривилась. — Мы посидели в кафе, выпили. Потом он предложил поехать к нему, позвал ещё пару наших общих знакомых… выпили лишнего, и я уснул.
Каков нахал! Какая наглая ложь! А друга детства зовут Яной. А ведь я бы легко поверила в эту историю, если бы не знала правды. В эту минуту мне очень хотелось размазать его по стенке фразой: «Да, знаю. Твоя любовница заботливее оказалась, предупредив, что ты не придёшь». Но я промолчала. Игра, чтоб её! И я буду играть, уже не знаю для чего. Ради собственной выгоды, ради того, чтобы самоутвердиться.
Голова ещё кружилась. Я встала и взяла халат.
— Ты никогда не устраивала романтический ужин, — тихо сказал он, следя за мной взглядом. — Если бы я знал…
— Если бы ответил хоть на один мой звонок, узнал бы.
— Нат, я просто убрал звук. Ну, прости. Мы ведь можем это исправить?
Измениться. Не потакать всем его прихотям. Дать возможность понервничать, побеспокоиться. Стать холодной. Да!
Быстро причесав волосы, я посмотрела на его отражение в зеркале и твёрдо сказала:
— Теперь у меня нет настроения. Прости, Егорка. Топай к своим друзьям детства, а я найду своих.
Залезая под душ, я улыбалась. Судя по выражению его лица, мне удалось задеть его самоуверенность.
***
«Привет. Это Яна. Жду тебя в два часа на набережной. Надо поболтать».
«Я буду не раньше трёх. У меня уроки есть».
«Хорошо. И захвати мою серёжку».
Я уже хотела сделать пакость и написать ей, что нашла серёжку, но никак не думала, что она её, и отдала ювелиру переплавить. Но потом передумала. Когда мы встретились на набережной, Яна первым делом протянула ладонь, и я дерзко вложила её серёжку.
— Откуда ты знаешь, что я её нашла, а не дочь или не Егор?
— Дочь твоя в деревне. А Егор бы мне её вчера вернул.
— Я могла бы её не заметить.
— Могла. Но ведь стала бы искать, как только я попросила тебя её вернуть, — улыбнулась Яна. — У тебя дома мило и уютно. В нашу первую встречу я видела только кухню. В этот раз удалось побродить и осмотреть всё. А пока Егор был в душе, открывала шкафы, разглядывала твои вещички.