— Привет! Доехал?
— Да, — был сухой ответ. Она рядом однозначно.
— Всё хорошо?
— Да.
— Не можешь говорить?
— Э… я перезвоню.
Ни «Ната», ни «люблю», «целую», «зайчонок»… ничего такого. Сухо, холодно, стандартно.
Я отключилась первая. Затем сразу позвонила Петру.
— Добрый день, Пётр! Как поживаете? Хорошо? У вас есть для меня новости? Я подумала, что если у вас есть для меня информация и если вы свободны сейчас, мы могли бы встретиться и обсудить это дело. Что? А, я сейчас в кофейне на Арбатской площади. Правда? Сможете? Тогда жду.
Глава 6
На пороге кафе появился знакомый человек в лёгкой рубашке с короткими рукавами и в джинсах. Волосы на этот раз жили своей жизнью, но это выглядело совсем не плохо, напротив, придавало Петру шарма.
Увидев меня, он улыбнулся. Я улыбнулась в ответ. Мы поздоровались, соприкоснувшись руками, затем устроились за столиком.
— Здравствуйте, Наталья!
— Здравствуйте, Пётр! Как поживаете?
— Замечательно, спасибо. А вы?
— Ну, не могу похвастаться тем же.
— Понимаю.
Мой кофе давно закончился, и я попросила повторить. Пётр заказал эспрессо.
— По телефону вы сказали, что кое-что нашли, — сразу перешла я к делу.
— Да, верно. Однако считаю, что стоит ещё покопаться. Вы были правы, Наталья, у этой девушки есть свои скелеты в шкафу. Начнём с того, что вы мне рассказали. По вашим словам…
— По её словам, — поправила я.
— Да. Так вот. По словам Яны, она выросла в маленьком городке, в семье таких же юристов. Она поступила в колледж, потом в университет, по наводке отца работала в разных фирмах, но задерживалась там не больше пяти месяцев. Переосмыслив эту информацию, я так же, как и вы, пришёл к выводу, что для двадцати пяти лет это большой опыт. И колледж, и университет, и куча офисов, где она работала по пять месяцев. Надо ведь учитывать ещё год в Москве. Юрист в её возрасте только начинает свой путь, а она уже вон как продвинулась.
— Она утверждает, что ей помогли связи отца.
— Но у неё нет отца, Наталья. И матери нет.
— Что? — я чуть кружку с горячим кофе не выронила, поэтому поспешила её поставить обратно на блюдце. Затем взяла салфетку и вытерла с джинсов капельки, которые я всё же умудрилась пролить.
Пётр всё это время наблюдал за мной, а когда я застыла, готовая выслушать, он сказал:
— Яна Ривкер выросла в интернате. Она никогда не училась ни в юридической школе, ни в университете.
***
Воздух. Мне нужно было срочно на воздух. Пётр расплатился за кофе и предложил выйти на улицу. При этом он взял мою кучу пакетов с обновками и положил на заднее сиденье своего автомобиля. Сначала он предложил поехать на машине, но я хотела остаться на воздухе.
Меня возмутило то, что Егор связался с какой-то авантюристкой. Она ведь не только его обманывает, но целую юридическую компанию. Как они пропустили её ложь? Как они ей поверили?
Мы с Петром дошли до парка, ступили на асфальтированную дорожку и тихим шагом шли вперёд. Ни деревьев, листву которых грело солнышко, ни щебечущих воробьев я не видела и не слышала. Сердце колотилось, как бешеное, а руки сжимались в кулаки.
— Позвольте мне ещё покопаться. Мне кажется, девушка очень умна и имеет очень нехорошие намерения. Как бы ваш муж не оказался в капкане. Она и вправду может быть всего лишь его любовницей, но не помешает выяснить.
— Да, конечно. Я хочу вскрыть все её тайники.
В этот момент зазвонил мой телефон. Егор нашёл возможность поговорить со мной. Я посмотрела на Петра.
— Муж, — зачем-то сказала я. Он отошёл. И я ответила: — Да?
— А это я! — услышала я негромкий голосок Яны. Она звонила с телефона моего мужа! Вот гадина! Потом послышался шум воды, который через секунду исчез, и снова шёпот Яны затронул мои нервы: — Егор в душе. Знаю, как ты изводишь себя, но на эти дни забудь о своём муже. Как только мы сблизимся сильнее, я заговорю с ним о разводе. Сейчас он очень недоволен тобой. Как думаешь, у тебя есть шансы?
Пошли гудки.
Стоя, словно превратившись в статую, я пыталась осмыслить все услышанное. И кажется, я напугала Петра. Он подошёл ко мне и спросил: