— Холодная. Растерянная… Не знаю…
— Во всем виновата усталость. Весь день то одно, то другое, — оправдывалась я.
— Мама нервная сегодня. Накричала на меня, — пожаловалась Карина, входя в зал. — А ещё она плакала.
Егор нахмурился и посмотрел на меня. Не со злостью, а нежно и обеспокоенно.
— Почему? Нати, — притягивая меня к себе, ласково произнёс он. Ничего не изменилось в его поведении. Он всегда звал меня Нати или «зайчонок», как бы банально это ни звучало. Его отношение не изменилось. И я задавалась вопросом: неужели этот человек так ловко умеет врать?
Крепко обняв меня, он попросил рассказать, что случилось. Пришлось солгать, что у выдуманной подруги несчастье. Я за неё очень переживаю и всё в таком духе. Егор сочувственно кивал, а потом ещё долго обнимал и успокаивал. Знал бы он, что виновник моих слёз — он сам.
***
Егора не устроили макароны, поэтому он предложил всей семьёй поужинать в кафе. Карине идея пришлась по душе. «Мы поднимем маме настроение!» — воскликнула она и захлопала в ладоши. Моя красавица дочка. Сколько бы я ни злилась, она всё равно заботилась о моем расположении духа; не дулась, как это делали многие дети, а делала всё, чтобы снова развеселить меня.
Я переоделась в выходные джинсы и свитер. Взяла плащ и вышла вслед за мужем и дочерью.
«Перебори себя. Прогони боль. Яна не должна получить Егора», — мысленно уговаривала себя, пока шла к машине.
На асфальт упала моя тень, и я вдруг вспомнила более молодую и более хрупкую Яну. Конечно, Егор мог бы увлечься такой, как она. Я уже давно прочитанная и сотню раз перечитанная книга. Яна же была для него чем-то неизведанным, новым. Думая об этом, я чувствовала, как снова подступает отчаяние.
Егор привёз нас в пиццерию. Нам принесли Маргариту и пепси. Я вдруг осознала, что мы с Егором давно не выходили куда-то вдвоём. С нами всегда Карина. И оставить её не с кем. Мои родители жили в деревне. Мать Егора три года назад, после того, как овдовела, уехала жить в Италию. Она знала, что у неё есть внучка, высылала подарки, но особой бабушкиной любви не проявляла к ней. Подруг у меня не было. Если только Роза, мама моего ученика. Мы с ней неплохо общались. Егор сам сделал всё, чтобы я не нуждалась в ком-либо ещё, кроме него. Правильно ли это было?
— Как прошёл рабочий день? — спросила я. За весь день я не положила в рот даже крошки, и сейчас есть не хотелось. Я впихала в себя один кусочек пиццы, запила пепси и просто сидела, разглядывая интерьер давно изученной пиццерии.
Егор прожевал, потом ответил.
— Как обычно.
Он посмотрел мне в глаза. Угрызения совести не мучают?
— Пап, а мы поедем на выходные к бабушке с дедушкой? — вступила в разговор Карина.
— К сожалению, вы с мамой поедете без меня.
— Почему? — удивилась я. Мы всегда ездили вместе, устраивали шашлыки, помогали моим родителям в огороде. А теперь ему надо встретиться с Яной? Похоже, она уже вступила в игру.
И если у меня были на этот счёт какие-то сомнения, то после его ответа они рассеялись.
— Димка зовёт на мальчишник.
— О. Ты говоришь о Дмитрие? Который работает с тобой на одном этаже?
— Да, Нати. Я не часто куда-то иду с друзьями. В этот раз нельзя отказывать. Некрасиво.
— Конечно, — кивнула я, подавив иронию. — Значит, и мы никуда не поедем.
— Ну мама!
— На автобусе не хочу ехать, Карина. Бабушка с дедушкой всего надают, как всегда. Не буду тащить.
— Если хочешь, то в воскресенье я за вами приеду.
— Нет, Егор, — категорично сказала я. — Ничего страшного не будет, если мы не приедем в эти выходные. Я позвоню маме. Тем более, в апреле там особо делать нечего, только чаи гонять.
На этом мы закрыли тему. Но я долго ещё думала о мальчишнике.
Мальчишник.
Он хорошо всё продумал. Или Яна ему подсказала? Я ведь не имею права напрашиваться идти с ним за компанию. На мальчишниках нет женщин.
Только что же это получается? Я с лёгкостью отпущу Егора в объятия Яны? А как же игра? Раз уж Яна затеяла ее, значит, должна почувствовать зубы противника. Пока я не знала, как удержать Егора рядом с собой. Но то, что он не поедет на мнимый мальчишник, было предрешено.
Глава 3