Кто-то тащил меня за ногу. Я открыл глаза и увидел Листа, который был вполне нормальным. Так непривычно было смотреть на сталкера в его нормальном виде, что я сначала не поверил своим глазам. А может, все это было сном? Все то, что со мной произошло.
— Хаммер переместился вместе с нами, — сказал Лист, оттащив меня в какое-то обветшалое здание.
— Все прошло нормально? — спросил я и потер голову, которая ужасно болела.
— Да, нормально. Вот только ты башкой стукнулся так, что у тебя искры из глаз посыпались; их, наверное, хватило бы на то, чтобы спалить целый город. Программист отправил нас точно на Кордон, он не ошибся. Но вот когда за тобой из портала вывалился Хаммер, который умудрился себя починить, я понял, что нужно делать ноги. Ты без сознания. Тут этот робот наступает. Пришлось тащить тебя на ферму и спрятаться здесь. — Лист рассказал мне все то, что произошло с нами за последние…
— Сколько времени прошло? — спросил я.
— Два часа или около того, — ответил он.
— Значит, в нашей Зоне уже произошел взрыв?
— Мы еще вложимся в поставленные рамки времени, которого у нас… — Лист посмотрел на часы, — ровно три часа.
— А где Кирпич? — спросил я, когда осмотрелся и понял, что сталкера нигде нет.
— Хаммер его убил, — ответил Лист. — Я ничего не мог сделать. Это все случилось, когда мы находились там. — Лист руками изобразил то место, в котором мы были. Мне вспомнилась вспышка, после которой пропал Кирпич. — Пока еще ничего не решено…
— Какой сегодня день? — спросил я, поднимаясь.
— Сегодня мы в ходку пойдем, а завтра нас Шило предаст, — ответил Лист.
— Но здесь, на ферме, должны быть бандиты! — Я не понял, почему Лист приволок меня именно сюда.
— Согласен, поэтому, когда я сюда приду — точнее, меня приведут, — мы и отобьем меня, а потом я немного раньше вернусь, и все будет отлично, — ответил Лист и выглянул из окна. Он посмотрел вниз, значит, мы были на втором этаже здания фермы. — А бандиты… если подойти со стороны Темной долины, то можно незаметно пробраться на ферму. Да еще и устроить отличный пункт наблюдения за ней.
— Где нам взять оружие?
— У хорошего сталкера много нычек, — сказал Лист и бросил мне калаш с подствольником, похожий на тот, что был у полковника. — Да, чуть не забыл. — Лист протянул мне комбинезон «Заря». — Мне он маловат, а тебе в самый раз будет. Возьми еще пару рожков к калашу и гранату.
Я выглянул в окно и понял, что из дома на ферме, где мы находимся, отлично видно мост и насыпь, охраняемые военными. Но еще лучше было видно двор и бандитов, которые бродили во дворе и стерегли территорию.
— А нельзя было переместиться в то время, когда мы только в ходку собирались?
— Нет, тогда была бы нарушена вся цепочка последующих событий. Именно сейчас то время, в котором мы можем быть вместе с самими собой, то есть с нами из прошлого. Это у Программиста нужно было спрашивать, а не у меня, — ответил Лист и лег.
— Ты что, спать собрался?
— Вздремну немного, а ты — на шухере. Понял?
— Понял, как не понять. — Я сел и прислонился спиной к ободранной стене.
Интересно было, как там сейчас остальные. Ведь в этот момент они еще ничего не знают о нас. И только я и Лист — посланники будущего в мире Зоны.
Недалеко от фермы на поляне резвилась стая слепых псов, которые гоняли мутанта под названием «плоть». Мутант отбивался от атакующих, но их было в несколько раз больше, поэтому плоть проиграла, и вскоре псы оттащили ее на безопасное расстояние и принялись поедать обезображенное тело. Все было как обычно, и как теперь понять, где именно тот переломный момент, после которого произойдет все то, что случилось со мной, с остальными и с Зоной?
Внизу бродили двое бандитов-часовых. Несколько раз они сближались. Было видно, как один стрелял сигарету у другого. Когда это произошло в третий раз, то стрелка послали далеко и надолго.
Почему Клевер твердил всем, что я должен погибнуть? Почему профессор убил Мамедова, но все равно проиграл? Может быть, именно Мамедов должен был уничтожить Хаммера? Но его уничтожил я, поэтому все обошлось и без него… Получается, что если бы погиб я, то профессора и Хаммера некому было бы остановить? Почему Белозеров нам об этом не сказал? Столько вопросов, и ни одного ответа…