— И что? — спросил Студент.
— А то, что во всем происходящем виноват не только я, но и вы тоже! Конечно, так все продумать способен только я, но и от вас многое зависело, — раздался голос за спиной Студента. — А твои последние замеры аномалии на Кордоне вообще завершили цепь моих логических построений. Сегодня будет выброс. После этого я стану правителем на планете, имя которой — Зона.
— О, лихо придумал! — изумился Клименко. — Да только одного не учел: что эта машина теперь на нас работает.
— Это ничего… тогда эта — на меня. — Рублев позвал Хаммера, который начал медленно подниматься.
Сейчас он был похож на зомби, который только что пришел в себя, но с каждым новым движением становился все менее и мене неповоротливым.
— Он что, робот? — спросила девушка.
— Вся его жизнь — это только программа, записанная на жесткий диск в его голове. Все его способности — это только маленький прибор, который находится там же. А тело — это всего-навсего металлическая основа, обтянутая искусственной кожей. Когда-то давно я видел нечто подобное и решил воплотить это в жизнь. — Рублев снова переместился.
Хаммер стоял неподвижно и смотрел мимо нас.
— Думаешь, он нас остановит? — спросил я.
— Я знаю, на что он способен и на что способны вы. Ваши постоянные споры разобщали вас. И вы — Лист и Скворец — думаете, что вы друзья? Некоторые воспоминания Хаммера настоящие. Он говорил правду о том, как вы расстались друг с другом. Скворец не умер, он просто бросил умирать тебя. — Рублев указал лапой на Листа.
— Я бы никогда не бросил Листа! — возмутился Скворец.
— Это ты так сейчас говоришь, когда все нормально, — возразил Рублев. — Вот, к примеру, Белозеров… Думаете, он случайно попал в поле установки и пропал в нем? Изменения Зоны — процесс долгий. В той установке стоял прототип машины времени, именно она и принесла на эти земли такие изменения. Белозеров был моим союзником, но после того, как увидел, к чему приведут его действия, он отказался помогать мне и решил сбежать в будущее, но потом вернулся. И что теперь? К чему привели его попытки изменить мир? Он все равно остался таким, каким я посчитал нужным! Это мой мир, а я в нем — новый бог! Оставлю вас наедине с вашим старым знакомым. — Рублев исчез в отверстии в стене, откуда несколько минут назад появился.
Как только профессор скрылся из виду, Хаммер направился к нам. Первый, кто попался ему под руку, был Студент. Хаммер схватил Студента за загривок и ударил его об пол так, что тот моментально потерял сознание. Резко подскочивший к Хаммеру Кирпич успел нанести ему только несколько ударов, перед тем как тот его оглушил.
Раздались автоматные очереди, стреляли Клименко и Скворец. Большинство пуль достигли цели, но вреда противнику не нанесли. Раздался выстрел из винтовки Дарьи, но Хаммер только отстранился он него. Он сделал несколько шагов назад, повернул голову к нам и улыбнулся. Я совершенно не понимал, что творилось у этого робота в голове, да и не хотел понимать. Его лицо было похоже на мясной фарш, только кое-где кожа прикрывала блестящий череп.
Я бросил взгляд на Программиста, который уже минут двадцать потел над установкой, но дальше обычного вращения колец дело не дошло. Я дал ему знак, чтобы он поторопился. Программист начал работать быстрее, но не лучше. Все оставалось как прежде.
Внезапно отовсюду раздался вой, который эхом разнесся по большой комнате. Даже Хаммер на мгновение остановился и прислушался. Совершенно не хотелось знать, что это такое и где оно. Откуда-то сверху послышалась возня, а потом все повторилось. Хаммер, не обращая внимания на эти звуки, приблизился к приходящему в себя Студенту. Он поднял его над собой и подошел к пролому в стене, из которого торчали длинные железные пруты. Когда Студента медленно накалывали на эти пруты, я не выдержал и отвернулся. Он кричал и бился в агонии, но было уже поздно. Несколько секунд — и Студента не стало.
Хаммер начал приближаться к Кирпичу. Остальные в это время рассредоточились по комнате и только иногда пытались атаковать Хаммера из укрытия. А он уже схватил Кирпича и потащил его к Студенту, который все еще бился в судорогах. Я посмотрел вверх и увидел там огромный железный ящик — похоже, такой же, какой был в первой комнате. План созрел сам собой.
— Полковник! Сможешь перебить очередью тросы, которые держат этот ящик? — спросил я, подбежав к Клименко.
— Попробую, — отозвался тот.
— Я отвлеку его внимание на себя, а ты откроешь огонь, когда посчитаешь нужным, — изложил я наши дальнейшие действия.