— Но как я могу ему верить? — прошептала она, чувствуя, как гнев начинает подниматься в груди.
Он обманывал её. Он использовал её доверие. Но вместе с гневом приходило и что-то другое. Что-то, что заставляло её сердце сжиматься ещё сильнее.
***
Максим сидел в своей квартире, уставившись в экран монитора. Он знал, что должен что-то сделать. Он знал, что должен исправить то, что натворил. Но как?
Он не писал Ане с того вечера. Он боялся. Боялся её гнева, её ненависти. Боялся, что она никогда не простит его.
— Что теперь? — прошептал он, закрывая глаза.
Он знал, что должен защитить её. Он знал, что Волков не остановится. Но он также знал, что не может просто прийти к ней и сказать: "Я всё исправлю".
— Я должен что-то сделать, — он сжал кулаки, чувствуя, как решимость начинает подниматься в груди.
На экране горели строки кода, которые он писал уже несколько дней. Это был вирус, который Волков требовал от него. Но Максим не собирался отдавать его.
— Если я передам это Волкову, он уничтожит "КиберЩит", — прошептал он, глядя на экран.
Но он также знал, что если не передаст, Волков навредит Анне. И это было недопустимо.
— Что же делать? — он закрыл глаза, чувствуя, как голова начинает болеть от напряжения.
Внезапно его внимание привлекло уведомление на экране. Это была очередная попытка взлома сети "КиберЩита". Максим быстро открыл программу и начал анализировать данные.
— Волков не остановится, — прошептал он, чувствуя, как гнев начинает подниматься в груди.
Он знал, что должен что-то сделать. Он не мог просто сидеть и смотреть, как Волков разрушает жизнь Анны и её отца.
— Я должен помочь им, — решил он, и его пальцы начали быстро двигаться по клавиатуре.
Он подключился к сети "КиберЩита" через защищённый IP-адрес, который невозможно было отследить. Он знал, что это рискованно, но другого выхода у него не было.
— Если я смогу предотвратить эти атаки, это даст им время, — подумал он, глядя на экран.
Он начал работать, блокируя попытки взлома и укрепляя защиту сети. Это было всё, что он мог сделать сейчас.
Через несколько дней Волков позвонил ему.
— Ну что, как продвигается работа? — спросил он, не скрывая раздражения.
— Я работаю над этим, — ответил Максим, стараясь звучать спокойно.
— У тебя осталась неделя, — напомнил Волков.
— Я знаю, — ответил Максим, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.
Он положил трубку и снова уставился в экран. Вирус был наполовину готов, но он не собирался отдавать его Волкову.
— Что, если я смогу использовать его против него? — подумал он, глядя на строки кода.
***
Аня сидела на кровати, держа телефон в руках. Её пальцы дрожали, когда она набирала сообщение. Она знала, что это рискованно. Она знала, что может снова оказаться обманутой. Но она также знала, что не может продолжать жить в неведении.
— Надо поговорить, приезжай, — набрала она и, не дав себе времени передумать, нажала "отправить".
Сообщение ушло, и Аня почувствовала, как сердце начинает биться чаще. Она положила телефон на тумбочку и закрыла глаза, пытаясь успокоиться.
— Что, если он не приедет? — подумала она, чувствуя, как страх начинает подниматься в груди.
Но почти сразу же её телефон завибрировал. Она посмотрела на экран и увидела короткий ответ:
Лёша: "Я еду."
***
Максим выбежал из квартиры, чуть не забыв закрыть за собой дверь. Его сердце билось так сильно, что, казалось, оно вот-вот вырвется из груди.
— Она хочет поговорить, — прошептал он, садясь в машину. — Неужели она передумала?
Он знал, что это может быть ловушкой. Он знал, что Волков мог быть где-то рядом. Но он также знал, что не может отказаться от этой встречи.
— Я должен увидеть её, — решил он, нажимая на газ.
Дорога заняла меньше времени, чем он ожидал. Он подъехал к её дому и остановился, чувствуя, как сердце начинает биться ещё сильнее.
***
Аня открыла дверь, и они оказались лицом к лицу. Она выглядела бледной, но её глаза горели решимостью.
— Заходи, — сказала она, отступая в сторону.
Он смотрел на неё, и в его глазах читалась такая боль, что Аня почувствовала, как её собственное сердце сжимается.
— Спасибо, что приехал, — наконец сказала она, закрывая дверь.
— Я не мог иначе, — ответил он, стараясь звучать спокойно.
Они стояли в тишине, глядя друг на друга, и в воздухе витало напряжение, которое можно было разрезать ножом.