— Давай поговорим, — наконец сказала Аня, направляясь в гостиную.
Максим последовал за ней, отмечая как она осунулась за эту неделю, заметил ее припухшие покрасневшие глаза, злясь на себя, что довел её до такого состояния.
ГЛАВА 14.
Максим и Анна прошли в гостиную. Он заметил, как она слегка шатается, и его сердце сжалось от беспокойства.
— Ты выглядишь не очень, — осторожно сказал он, глядя на её бледное лицо. — Как ты себя чувствуешь?
— Лучше, чем несколько дней назад, — ответила Анна, опускаясь на диван. — Но это не важно. Сейчас важно поговорить.
Максим сел напротив неё, чувствуя, как его сердце начинает биться чаще. Он знал, что этот разговор будет трудным, но он также знал, что это необходимо.
— Хорошо, — сказал он, глядя ей в глаза. — Я готов.
Аня глубоко вздохнула и начала:
— Расскажи мне всё, Максим. Что именно ты делаешь для Волкова? Как всё это началось? И, пожалуйста, будь честен.
Максим кивнул. Он знал, что сейчас настал момент, когда он должен рассказать ей всю правду.
— Всё началось с того, что Волков нашёл меня. Он знал, что я хакер, и предложил мне работу. Я должен был втереться к тебе в доверие, чтобы получить доступ к данным твоего отца. Я согласился, потому что... потому что мне нужны были деньги. У меня были долги, проблемы, и я думал, что это просто работа.
Аня слушала, не прерывая, но её глаза были полны боли.
— Но потом я начал общаться с тобой, — продолжил он, глядя на неё. — И всё пошло не так, как я планировал.
— Что ты чувствовал? — спросила Анна, и её голос дрожал.
— Я влюбился в тебя, — ответил он, не отводя взгляда. — И это было не частью плана. Это было настоящим.
Аня закрыла глаза, чувствуя, как слёзы начинают подступать.
— Я знаю, что не заслуживаю твоего прощения, — продолжил он. — Но я хочу, чтобы ты знала, что всё, что я говорил тебе... это было правдой.
— Волков требовал, чтобы я создал вирус, который уничтожит систему "КиберЩита". Я написал половину, но не собираюсь отдавать его. Я думаю, как можно использовать его против Волкова.
Аня смотрела на него, и в её глазах читалась смесь гнева и понимания.
— Я помогал отбивать атаки на сеть твоего отца.
Брови Ани поползли вверх.
— Я не мог просто сидеть и смотреть, как Волков разрушает всё, что тебе дорого.
Аня молчала, она была приятно удивлена данному заявлению.
— Я не могу сразу простить тебя, — наконец сказала она. — Но я не ненавижу тебя. И... я доверюсь тебе Максим, последний раз. Больше никакого вранья, только правда.
Максим почувствовал, как сердце начинает биться ещё сильнее.
— Я больше никогда не подведу тебя, — прошептал он. — Я сделаю всё, чтобы исправить то, что натворил.
— Тогда давай разработаем план, — сказала Анна, и в её голосе читалась решимость. — Мы должны разоблачить Волкова и засадить его за решётку.
Максим кивнул, чувствуя, как надежда начинает подниматься в груди.
— Хорошо, — сказал он. — Но сначала давай выпьем кофе.
Аня улыбнулась и встала, направляясь на кухню. Максим последовал за ней.
— Скажи, где что лежит, — сказал он, мягко отодвигая её от кофеварки. — Я сделаю кофе сам. Ты должна отдохнуть, прежде чем мы начнём мозговой штурм.
Аня посмотрела на него, и в её глазах читалась благодарность.
— Спасибо, — прошептала она, чувствуя, как его прикосновение вызывает мурашки на её коже.
Максим начал готовить кофе, а Анна села за кухонный стол, наблюдая за ним.
— Расскажи мне о себе, — наконец сказала она. — Я хочу знать, кто ты на самом деле.
Максим вздохнул и начал рассказывать.
***
— Я родился не в самой благополучной семье, — начал он, глядя на кофеварку. — Мои родители пили, и я часто был предоставлен самому себе.
Аня слушала, не прерывая, но её глаза были полны сочувствия.
— Я часто задерживался в школе, — продолжил он. — Моим любимым предметом была информатика. Мой учитель, Пётр Степанович, видел, что у меня не всё хорошо, и разрешал мне задерживаться, заодно дополнительно занимаясь со мной.
Он налил кофе в две чашки и поставил одну перед Аней.
— Однажды, когда я вернулся домой, я увидел полицию у нашей квартиры. Оказалось, что моих родителей в пьяном угаре убили их собутыльники. Меня отправили в детский дом.
Аня почувствовала, как сердце сжимается от боли.
— В детском доме я почти ни с кем не общался, — продолжил он. — Но там были компьютеры, и я продолжал заниматься информатикой, постепенно переходя на программирование.
Он сел напротив неё и взял свою чашку кофе.