Ешуа объяснял собравшимся, что вера творит чудеса, призывал всех любить друг друга и говорил, что чувствует себя счастливым.
Но больше всех была счастлива Марта. Она то смеялась, то плакала и постоянно благодарила Ешуа.
Марта была молодой миловидной женщиной небольшого роста и казалась доброжелательной. Одета она была несколько крикливо, но опрятно, на ней было много украшений. Бросалось в глаза, что ей очень нравится Ешуа. Она все время старалась находиться возле него, смотрела на него преданным взглядом и громко хохотала, когда он шутил.
Самого виновника праздника уложили в постель. К вечеру он появился, но был все еще слаб и бледен.
В тот день Кравченко так и не удалось поговорить с Ешуа. На ночь всех гостей разместили в доме, благо он был большой, и места хватило всем.
Кравченко долго не мог заснуть, он все пытался найти объяснение случившемуся.
Получалась парадоксальная ситуация: он, заранее знавший о том, что произойдет, был поражен гораздо больше всех остальных, которые с легкостью поверили в чудо и не мучились поиском причин воскрешения умершего.
Глава 11,
в которой Кравченко нервничает
На следующее утро Ешуа сам постучал в комнату Кравченко и Тали.
– Заходи, Ешуа, – отозвался Владимир. – Ты хотел поговорить?
Ешуа вошел и притворил за собой дверь. Он улыбнулся Тали, потом очень серьезно посмотрел на Кравченко:
– Мне казалось, это ты хочешь поговорить.
– Помнишь, о чем мы договорились в Эммаусе? Если все случится так, как я тебе рассказал, ты мне поверишь. И что ты думаешь сейчас?
– О чем ты? Да, все случилось так, как ты предсказывал, ну и что? – Ешуа в упор посмотрел на Кравченко. Во взгляде его не было упрямства, а лишь спокойная уверенность. – Это только доказывает, что я избрал правильный путь и не должен с него сходить.
– Подожди, Ешуа, но ведь я рассказал тебе, чем все это закончится... Или ты думаешь, что то, о чем я тебе говорил, не произойдет? – удивился Кравченко.
– Я не могу понять, за что меня казнят римские власти, если я никому ничего плохого не сделал.
– Этого я и сам точно не знаю, но, тем не менее, это факт.
Кравченко растерялся. Как убедить этого молодого проповедника в том, что ему действительно грозит смертельная опасность? Ведь все последние события подтверждают его, Кравченко, правоту.
В это время в комнату постучали. Кравченко открыл дверь. На пороге стояла Марта. Он вышел из комнаты, закрыв за собой дверь, и оказался рядом с Мартой во внутреннем дворе дома.
– Марта, я бы хотел с тобой поговорить, – Кравченко улыбнулся хозяйке. – Мы даже толком не познакомились. Меня зовут Йуда, мою жену – Мирьям. Мы – паломники, едем из Трапезунда, это в Каппадокии, приехали, чтобы посмотреть Храм. Скажи, ты давно знаешь Ешуа?
– Да, уже три года, – Марта вдруг покраснела и кокетливо улыбнулась.
– Он ведь тебе нравится, – Кравченко внимательно посмотрел на молодую женщину, которая смутилась еще больше. – Вижу, вижу, что нравится, – продолжал Кравченко добродушно. Лицо его вдруг стало совершенно серьезным и, наклонившись к Марте, он тихо сказал ей на ухо: – Ты знаешь, ему угрожает опасность.
– Какая опасность? – всполошилась Марта.
– Его могут убить.
– Убить?... За что?!
– Не знаю, но, если он останется в Иерусалиме, его обязательно убьют, – уверенно сказал Кравченко. – Марта, ты должна убедить его уехать.
– Уехать? Куда? – растерялась Марта.
– Обратно домой, в Галилею, и срочно.
– Но он меня не послушает, он вообще меня не замечает. Ты бы лучше обратил внимание на то, как он смотрит на твою жену. – Марта бросила недобрый взгляд на дверь, за которой остались Ешуа и Тали.
Кравченко сник и опустил голову:
– Сейчас это уже неважно.
Марта удивленно посмотрела на него.
Тем временем Ешуа и Тали беседовали в комнате.
– Мирьям, – сказал Ешуа, – я, собственно говоря, пришел поговорить с тобой.
– Я слушаю тебя, Ешуа.
– Ты оказалась права.
– О чем ты?
– Ты была права насчет Марты. Она действительно неравнодушна ко мне.
– Это вполне естественно, Ешуа. Ты молодой, свободный и привлекательный мужчина, а Марта – молодая женщина. – с напускным равнодушием ответила Тали и неожиданно для себя засмущалась как девчонка.
– Но я не хочу связывать свою жизнь с Мартой.
– И ты пришел ко мне утром, чтобы сказать это? – улыбнулась Тали. – Давай отложим этот разговор на вечер. Сейчас все слишком суетятся, да и тебе, наверное, нужно идти, – мягко сказала она, увидев, что Ешуа тоже почему-то смутился.
– Хорошо, – Ешуа улыбнулся, и Тали отметила про себя, что улыбка у него добрая и светлая, – мне действительно сейчас нужно идти к Храму. Я обещал друзьям, что мы пойдем туда все вместе.