Стоп! Вино… Кравченко вспомнил, что по его совету Тали пила здесь много вина для дезинфекции, чтобы избежать пищевого отравления. В их комнате всегда стоял кувшин с вином. Кравченко посмотрел по сторонам – сейчас кувшина не было.
Значит, скорее всего, ее отравили, подсыпав яд в вино, а потом кувшин убрали и выбросили.
Кравченко подумал, что нужно установить время смерти. Когда-то в молодости он интересовался медициной, даже посещал уроки анатомии вместе со своими друзьями-медиками и помнил, что трупное окоченение начинается примерно через два часа после смерти и достигает максимума через двенадцать часов.
Судя по телу Тали, которое он осматривал перед похоронами, трупное окоченение было очень сильным. Значит, скорее всего, она умерла вчера вечером или ночью. Выходит, что отравить ее могли днем или вечером. Кравченко подумал, что Тали наверняка отравили каким-нибудь растительным ядом, а такие отравления развиваются очень быстро, в течение часа-двух.
Он внезапно почувствовал, что ему трудно стоять, и сел на кровать.
Нет, он сейчас не имеет права поддаваться эмоциям.
Он же взрослый и умный человек.
Он просто обязан разобраться в том, что здесь произошло...
Глава 5,
в которой Кравченко проводит расследование
Закончив осмотр места преступления, Кравченко решил начать опрос свидетелей. Он уже понял, что трагедия разыгралась накануне вечером, когда сам он был в доме первосвященника.
Вполне возможно, что Ешуа что-то знает, но его теперь не спросишь. Владимир сразу исключил Ешуа из числа подозреваемых, но, тем не менее, он был важным свидетелем.
Внезапно Кравченко вспомнил о Шимоне. Вот кто ему нужен! Этот простоватый искренний парень может многое рассказать.
Кравченко вышел во двор и отправился искать Шимона. Он нашел трех друзей на улице перед домом. Они обсуждали последние события.
– Ну и денек сегодня выдался, – вздыхал Шимон, – как с утра плохо начался, так и закончился плохо.
– И не говори, – согласился с ним Яков, – не надо было нам на эти праздники приходить в Иерусалим.
– Да, лучше всего дома сидеть, – философски заметил Натан.
– Что будем делать? – спросил Шимон, который был среди приятелей старшим.
Яков и Натан растерянно переглянулись.
– Я думаю, завтра встанем пораньше и отправимся к дому первосвященника, – предложил Шимон.
Остальные согласно закивали.
В это время к ним подошел Кравченко.
– Добрый вечер, друзья, – поздоровался он.
– Добрый вечер, Йуда, – ответили они вразнобой.
– Прими наши соболезнования, – сказал Шимон, – это ужасная трагедия, я тебе очень сочувствую.
– Спасибо, Шимон! – Кравченко старался говорить спокойно – он не мог дать волю эмоциям, он должен был во всем разобраться. – Кстати, я бы хотел с тобой поговорить. Можно тебя на два слова?
Кравченко вернулся во двор, и Шимон последовал за ним.
– Давай зайдем ко мне, – предложил Кравченко, указав на дверь своей комнаты.
Было видно, что Шимону очень не хотелось идти в комнату Кравченко, но он не смог отказать человеку вдвое старше себя, а тем более – только что пережившему такую трагедию. Мужчины вошли в комнату. Владимир предложил Шимону сесть на циновку, и тот повиновался.
– Скажи, Шимон, – начал Кравченко тихим голосом, – что случилось вчера вечером?
– В каком смысле? – спросил Шимон.
– Ну, что происходило в доме?
– Ничего особенного, – пожал плечами Шимон. – Все поужинали, потом долго разговаривали, а потом пошли спать.
– А моя жена ужинала вместе со всеми?
– Сначала ее не было, потом Ешуа сказал, что ее нужно пригласить, и отправился за ней. А потом он привел ее, и она сидела с нами до конца вечера.
– Шимон, я прошу тебя, постарайся вспомнить подробно, – попросил Кравченко. – Вот вы сидите за столом, ужинаете, разговариваете, всем весело, так?
– Так, – согласился Шимон.
– Потом Ешуа замечает, что моей жены нет за столом, так? – уточнил Кравченко.
– Вообще-то он не сказал про твою жену, он сказал, что вас с ней нет за столом, – вспомнил Шимон.
– Хорошо, что было дальше, только подробней, – мягко подбодрил его Кравченко и положил свою ладонь на его руку.
– Марта сказала, что ты ушел еще днем и вряд ли вернешься до утра.
– Так, Шимон. У тебя прекрасная память. Дальше.
– Дальше Ешуа сказал, что твою жену все равно нужно пригласить, и пошел за ней.