— Доброе утро, — здороваюсь.
— Доброе, доброе, — расплывается в улыбке, заставив затрепетать все три подбородка. — А что у нас стряслось?
Еще один потерявшийся во времени — тон, будто к нему привели пятилетнего пациента.
Изабелла у меня стряслась. Уберите ее, и я буду здоров.
— Александр поранил ногу, — деловым голосом озвучивает проблему командирша. — Именно по этому вопросу я вызывала тебя вчера вечером, — добавляет с упреком.
Джордж пожимает плечами.
— Надо было перезвонить.
— Вчера я опрометчиво поверила, что в этом нет необходимости, — отвечает Изабелла, не забыв стрельнуть глазами в меня. — Но сегодня действия якобы врача, которая обработала ему рану, вызывают у меня сомнения. Посмотришь?
И снова «якобы» по отношению к Мэг. Своего мнения Изабелла не меняет.
— Посмотрю, — обещает Джордж.
— Тогда я пойду, — решает к моей величайшей радости, постукивает пальцем по коммуникатору на запястье, — сообщи, как сделаешь выводы.
— Обязательно, — раскланивается перед ней медик, прямо-таки образец поведения для того, чтобы стать любимчиком такого человека, как Изабелла.
Она уходит, не прощаясь, и в медблоке будто бы становится больше места.
Теперь уже спокойно осматриваю помещение. Оно небольшое, но видно, что оснащено по последнему слову техники. Все вокруг белое и стерильное.
— Ну что? — продолжает неприятно улыбаться медик. — Садись, посмотрим, что у тебя там.
— Может, ну его? — предлагаю миролюбиво. — Скажем, что все хорошо, она успокоится, и все счастливы?
Джордж одаривает меня возмущенным взглядом.
— Я обещал Изабелле! — сообщает пафосно. Ну, хоть кулаком в грудь себя бить не стал, и на том спасибо.
— Угу, — сдаюсь, плюхаюсь на койку, вытягивая ногу.
Медик делает вокруг меня несколько кругов, будто не зная, с какой стороны ко мне подступиться, потом наконец убирает перевязку, сделанную Мэг, долго и внимательно рассматривает все еще опухшую лодыжку.
— Ну да, ну да, — цокает языком.
— Споткнулся, — поясняю.
— Ну да, ну да, — повторяет. — С каждым может случиться.
Уж не знаю, как Маргарет с первого взгляда определила, что я сам себя покалечил, но Джордж охотно принимает мою версию случившегося, после чего повторно перевязывает мне ногу. А потом еще раз, потому что с первого раза у него получается совсем плохо.
Теперь-то мы и обнаружили «якобы врача»… А если Гай болеет, его тоже лечит Джордж? Вот черт.
— Так, ложись ровно, вытяни руки и ноги, — решает толстяк после недолгого раздумья и достает медсканер.
Ну, понеслось…
***
Изабелла появляется под вечер, испортив отличный день, который я провел за работой над коммуникатором. Еще пара таких дней, и им можно будет пользоваться. Жаль только, что без доступа в сеть его все равно полностью не восстановить.
Когда она входит, не встаю, так и продолжаю сидеть на кровати, скрестив ноги. Знаю, что невежливо, но я же инвалид, верно? Значит, мне простительно.
— Джордж прислал мне отчет о твоем сканировании, — заявляет с порога.
Кто бы сомневался.
Делаю вид, что удивлен, приподнимаю брови.
— Ты знаешь, что у тебя больше сломанных костей, чем целых?! — восклицает Изабелла.
Она правда думает, что я сломал их и не заметил?
Ну да, я был гиперактивным ребенком, а кости у меня обычные, естественно, они не выдерживали всего того, что я вытворял: откуда прыгал и падал.
— В теле человека больше двухсот костей, — напоминаю с усмешкой, — так что я и половины не попортил.
Но Изабелла решила воспылать праведным гневом, и ничто ее не остановит.
— Это она, эта ужасная женщина, которая тебя воспитывала? Она не заботилась о тебе? Не следила?..
Усмешка слетает с моих губ.
— Не смей, — обрываю ее тираду.
Не кричу, не повышаю голос, но что-то в моем лице заставляет ее замолчать.
Изабелла передергивает плечами, словно от холода (я уже понял, она так делает, когда нервничает).
— Ты должен понимать, я волнуюсь, — впервые говорит что-то, хотя бы отдаленно напоминающее извинения.