— В смысле? — изумилась я, старательно продумывая свои дальнейшие действия. Чтобы довести кулон до нужной кондиции, мне нужен почти абсолютный труп. Пока никаких кандидатов на это почетное место не выискивалось, — Конечно нет, мне просто стало интересно. Вот интересуется же Ирсиан кухней, почему бы мне не заинтересоваться магией?
— Ладно, Мелитриса, раз ты узнала все, что тебе надо, выйди, пожалуйста. Мы и так тут не знаем, за что браться. Мы выяснили только то, что связь в первой матрице между звуковым элементом и визуальным образом является очень прочной. На этом наши старания закончены, потому что мы даже не смогли вычислить первичное заклинание, и сколько этот маг в него энергии внес. Так что, единственное, чем ты сейчас можешь помочь, это попросить Рердиса принести нам две чашки горячего крепкого кофе. Очень надеюсь, что у них он есть.
— Хорошо, я попрошу, — вышла я в гостиную. Да уж! А я-то наивная думала, что магия — это пара пассов и несколько звучных слов. Какие-то матрицы, первичные заклинания, связи между ними, категории. Просто дремучий лес. Да чтобы во всем этом разобраться, нужны не годы — десятилетия практики!
— Мелитриса, ты что-нибудь хочешь? — Рердис появился, как всегда неожиданно.
— Нет, лично я иду спать, так как страшно устала за день. А вот что касается этих сумасшедших, — я ткнула пальцем в направлении комнаты Ирсиана, — то они просили две чашки кофе, горячего и крепкого.
— Кофе? — удивился юноша, — А что это такое?
— Это такой напиток из кофейных зерен, кипятка и молока. А что, вы его не пьете?
— Мы не употребляем то, что у нас не растет, — пожал плечами парень, — зато у нас пью сок гуарапары, тоже очень тонизирует.
— Кого? — переспросила я. Юноша улыбнулся, подавая мне руку.
— Я покажу тебе, если хочешь, — я согласно кивнула, цепляясь за локоть молодого человека. Фей (а как еще можно назвать фею мужского пола?) провел меня на первый этаж, толкая небольшую дверцу из полупрозрачного стекла. От обилия красок цветущих цветов и разноцветных листьев, зарябило в глазах. Похоже, это и был зимний сад. Тут росли и маленькие кустики смородины, и громадные пальмы, и розы, и магнолии. В нескольких местах нашлись в больших кадках лимонные и апельсиновые деревья, источая свежий фруктовый аромат цитрусовых. По саду летали пчелы и другие насекомые-опылители самых неожиданных расцветок. Рердис подвел меня к одному из деревьев, на стволе которого расселась громадная бабочка с голубыми крыльями, на которых словно нарисовали темный рисунок из полосочек, глазков и пятнышек.
— Что это? — восхищенно спросила я. Рердис удивленно перевел на бабочку взгляд, будничным тоном поясняя:
— Это махаон исимблийский, водиться только в нашем королевстве, в частности в нашем городе. Красивая бабочка. Но, я бы тебе хотел показать не ее, а дерево, на котором она сидит.
Я осмотрела гладкий коричневый ствол, темно-зеленые с одной стороны и серебристые с другой листья, собранные в один сложный лист. Их было на ветках так много, что казалось, что дерево состоят из единой зеленой, переливающейся массы. На самой верхушке еще оставались мелкие красные цветочки с желтыми точечками на лепестках. Они были собраны в кисточки. Зато ниже расположились на черенках плоды, похожие на оливки. Только цвет их был не зеленый, а темно коричневый. Не зрелые еще оставались красными, привлекая к себе внимание. Я сорвала один плод, осторожно раздирая ногтями достаточно плотную кожуру. На пальцы брызнул белый сок, почти сразу же становясь на воздухе темным и загустевая. Внутри оказалась достаточно большая косточка, больше похожая на абрикосовую, вся покрытая мелкими волоконцами.
— Попробуй, очень интересный вкус, — посоветовал Рердис. Я осторожно положила плод в рот, ощущая странный вкус. Сама мякоть очень напоминала молочный шоколад, зато шкурка чуть горчила. Пахла она, как и листья на дереве, свежими яблоками, — Мы делаем из ее сока напиток. Сок запустевает на воздухе, но если развести его кипятком, то разрушается белок, отвечающий за этот процесс, и сок становиться снова жидким. Так что, если хочешь, я приготовлю тебе тоже чашечку. Очень хорошо пить его со свежими фруктами.
— Рердис, это ты не мне поясняй. Лучше расскажи потом об этом Ирсиану, он у нас мастер кулинарии. Если бы ты знал, какую баранину он готовит!
— Да, баранина — очень капризный продукт, — согласился парень, выводя меня из зимнего сада. Я почти в последний момент смогла утянуть еще троечку ягодок, засовывая свою добычу в карман теплой кофты. Очень надеюсь, что не забуду их там. Выразительные темные пятна на светлой кофте — не очень красиво.
Дойдя до своей комнаты, я еще раз напомнила юноше:
— Я спать. Если кто-то будет меня спрашивать, скажи, что я не принимаю никого, даже если дело касается безопасности мира.
— Хорошо, — кивнул Рердис, — а если тебя будет Тертен спрашивать?
— Скажи, что бы зашел ко мне со стуком. А то он совсем обнаглел. Вламывается в комнату в любое время, даже не извинившись, — я повернулась к свой двери, на всякий случай, уточняя, — Последние две фразы лучше не озвучивать.
Вечером меня разбудил ненавязчивый стук. Я открыла глаза, с недовольством посматривая на медленно открывающуюся дверь. Но вместо Тертена в проеме показалась изящная фигура Эфии.
— Мелитриса, ты пойдешь навестить Клен?
— Конечно, подождите несколько минут, мне только надо одеться, и причесаться. А то видишь, какой у меня вид? — я решила нормально выспаться, специально для этого набросив на себя легкий спальный комплект из рубашки до колен и таких же брючек. Волосы успели спутаться, образовав на голове настоящее воронье гнездо.
— Ничего страшного я подожду, — согласно откликнулась фея, прикрывая за собой дверь. Я быстро нырнула в свою походную маечку, натянула джинсы, и на ходу дочесывая волосы, вышла в гостиную. Эфия собрала уже всех. Увидев меня, приятели несказанно обрадовались.
— Пойдемте, наверно? — первым к лестнице направился Тертен. За ним потопали все остальные. Фея провела нас по улице, входя в небольшой одноэтажный дом. Скорее всего, это была больница. Никакой лишней мебели. Всюду только стекло и дерево. В громадном приемном зале сидел пожилой мужчина, почитывая газету. Завидев нас, он легко поклонился.
— Вы к Клен? — спросил старичок, выходя из-за своего стола дежурного, мы кивнули, — тогда идите по тому коридору, самая дальняя дверь в ее палату. Эфия, как королева?
— Нормально, папа, передавала тебе привет, — я только обратила внимания, как феи были похожи между собой. У мужчины были такие же яркие светлые глаза, как и у его дочери. Девушка знаком приказала следовать за собой, ведя нас в указанном направлении. Похоже, что больница была выстроена с определенными целями. Так что все изящные, но абсолютно не уместные вещи были убраны. Единственное, что отличало больницу фей от людских учреждений, так это обои на стенах с красивыми рисунками вместо обычной масляной краски. Когда мы вошли в палату, Клен открыла глаза и попыталась слабо улыбнуться. Не знаю уж, как они лечили своих пациентов, но никаких капельниц, лекарств и других предметов пыток не было видно. И, вообще, палата больше напоминала спальню. Широкая кровать с кучей подушек. Ковер на полу и стол с несколькими стульями. Тертен первый бросился к подруге, крепко обнимая ее. Девушка счастливо повисла у парня на шее.
— Я думала, что сплю, когда очнулась здесь. Только после того, как мне все объяснили, я поняла, где нахожусь. Я ждала вас, рассказывайте, как тут?
Мы придвинули стулья, рассаживаясь вокруг кровати. Клен смогла даже сесть, опираясь спиной на гору подушек. Феи переодели ее в удобный брючный костюм с вышивкой, в котором изящная фигура подружки казалась еще более хрупкой. Тертен не на мгновение не отпускал руку приятельницы, первым начав докладывать новости. Когда же дело коснулось сложностей, связанных с охранным заклинанием, то эстафету перехватили маги, завалив Клен своими жуткими формулами и определениями. Но девушка внимательно слушала, иногда только уточняя некоторые подробности. Похоже, что она, и правда, в отличие от Тертена интересовалась занятиями других людей. Начальник охраны долго дружил с Ирсианом, так ни разу не выслушав его. Парня не интересовали вопросы магии. Его главной задачей была служба в отряде. Зато Клен могла часами слушать лекции увлекшегося мага, не перебивая его и впитывая новые знания, как губка. Это мне рассказывал сам Ирсиан. Теперь я еще раз убедилась в правдивости его повествования. Постепенно парни так увлеклись своими впечатлениями, что перестали замечать происходящее вокруг. Одна я сидела как неприкаянная, думая, как же можно разрядить кулон. Первой мыслью было прибить какою-нибудь птичку, а потом воскресить ее. Но, во-первых, поймать птицу дело не такое уж простое. А во-вторых, я бы не смогла такое сотворить. Мне бы пришлось еще долго мучиться, если бы не случайность. Когда дело дошло до лечения Клен, и народ стал рассуждать, какими методами лечения пользуются феи, я немного прислушалась, и как оказалось, не зря.