— Отложи это, — приказал Арман торговцу и, уже особо не выбирая, показал на нитку крупного жемчуга, небольшой дар для любовницы. — И это тоже. Завтра жду оригиналы, мой хариб передаст тебе золото.
— Да, мой архан, — быстро собрался торговец. Этан с разочарованием во взгляде вернул ожерелье и вновь с ногами уселся в кресле, продолжая есть забытый на время персик. Тихо щелкнула за спиной торговца дверь.
«Потому к выпуску из школы друзей у него, думаю, не осталось, — продолжил Арман, — бедность — это страшный порок в наших кругах. Непростительный».
«Один остался, — ответил Майк. — Поговаривали, что у него до самого выпуска был очень влиятельный покровитель. Кто — не знали, но трогать его боялись. С обидчиками часто случались странные… неприятности, — Майк споткнулся на слове «неприятности» и далее продолжил более спокойно, — но после выпуска его пристроили на тепленькое местечко и на пару лет о нем забыли».
«На пару лет? — переспросил Арман, подвигая поближе к Этану вазу с фруктами. — Я хочу увидеть список людей, которые учились в его школе или жили по соседству. Всех, кто мог бы быть с ним связан».
Этан принялся за новый персик, продолжая листать принесенные Наром книги.
«Здесь, — Майк подал Арману несколько исписанных листов и продолжил: — Мы продолжаем проверять каждого из них. Двое погибли в дуэлях, один свалился с лошади и свернул шею, трех убили на тренировках, один погиб у предела в атаке оборотней, еще пара…»
«Вижу, что здесь все описано, — ответил Арман, просматривая поданные ему бумаги. — И много знакомых имен… некоторых я знаю лично, некоторых тебе лучше не трогать, я их сам проверю. Вернешься ко мне утром, я сделаю пометки — кого будешь проверять сам, кого оставишь мне, к кому пошлешь кого-то из дозора… и еще…»
Арман сложил бумаги в папку, отпустил секретаря и внимательно посмотрел на расслабившегося было Майка: «Слышал, что ты отказываешься от сопровождения и все порываешься ходить один?»
Майк вздрогнул. Встрепенулся, сразу почувствовав что-то интересное, Этан. И буря, на некоторое время забытая, вдруг ударила в закрытые ставни.
«Мой архан, — побледнел Майк. — Я не думаю, что мне нужен дозор… без них проще остаться незаметным…»
Этан перевел вопросительный взгляд с застывшего Майка на Армана. Ему явно было любопытно.
«Я дам тебе людей поделикатнее, которые умеют оставаться в тени», — спокойно ответил Арман, открыв их разговор и для Этана. Пусть послушает, если ему так интересно.
Ветер взвыл так, что на миг стало тревожно до невыносимости, и вновь утих, будто притаившись. Едва слышно шуршало перо, которое навостривший ушки Этан мял в пальцах, поскрипывал уставший от бури дом.
«Я привык работать один…» — возразил Майк, и явно довольный Этан откинулся на спинку кресла, не спеша выдавать свое участие в разговоре.
«Тогда привыкай работать вместе с кем-то».
«Я умею себя защитить…»
«Да что ты?» — искренне удивился Арман и обернулся к вновь заскучавшему гостю, да так, чтобы Майк его не слышал: «Этан, покажи моему человеку, как он может себя защитить. Только не покалечь, он мне еще живым пригодится».
Этан оставил перо в покое, посмотрел оценивающе на Майка, хищно улыбнулся. И медленно, явно смакуя каждое движение, поднялся с кресла.
И все же зверь. Охочий до крови, осторожнее надо с ним, но сейчас его кровожадность даже на руку.
Почувствовав неладное, Майк попятился к двери. Явно пытался поймать взгляд Армана, но Арман был «занят», продолжая рассматривать принесенные дознавателем бумаги. Тихо скрипнула дверь. Входивший с подносом Нар увернулся от падающего от удара Майка и, посмотрев на Армана, спросил:
— Ты ведь не пропустишь такого зрелища?
— Не пропущу, — ответил Арман, бросая на стол бумаги и выходя в слабоосвещенный зал.
Тонули отблески света в зеркалах, утопали в полумраке стены и давила на уши тишина, столь сильная среди пауз в буре.