— Убивал? — переспросил Майк, забыв об умирающем рожанине. Что ему колдун? Рэми был гораздо интереснее. Вот такой Рэми, холодно-безумный. — Вы и теперь убиваете. Да еще хотите добраться до наследного принца и до Армана.
— Вы? — усмехнулся Рэми. — Ты так ничего и не понял, Майк.
Он вдруг в один миг оказался рядом, опустился на корточки, коснулся ладонью щеки Майка и мягкой волной выпустил свою силу. И Майк на миг задохнулся. Сила этого рожанина была ошеломляющей, сметающей на пути все сомнения, все страхи… и опять же, до боли знакомой. Будто Майк уже где-то это чувствовал. Но никак не мог понять где.
— А когда поймешь, — будто прочитал его мысли Рэми, — не сможешь меня выдать.
— Ты убил.
— Возможно, и не раз. Но я и спас. Тоже не раз. Сегодня спас тебя.
— Это не повод…
— …меня щадить? У тебя будет много других поводов, дознаватель.
Какие же у него глаза! Говорящие. И вовсе в них не злость, нет, скорее, печаль. И тоска по чему-то. А еще понимание. Столь глубокое и столь страшное, что голова шла кругом.
— Уже начинаешь меня жалеть? — спросил Рэми. — А мы ведь еще и не начинали совместного пути, дознаватель.
— Ты говорил, что ты не человек, — вспомнил вдруг Майк, а Рэми лишь улыбнулся мягко и ничего не ответил. — Ты говорил, что люди не стоят того, чтобы жить. Я — тоже? Тогда зачем ты меня спас?
— Ты опять ничего не понял, дознаватель. Не я тебя спас. И не ради тебя я спас Лиина.
— Лиина? — переспросил Майк, но Рэми вдруг вздрогнул, изошел дрожью, и посмотрел на дознавателя так же, как и совсем недавно — опустошенно и с ужасом. Но тут же раздались шаги, вбежал на берег, без размышления прыгнул в русло реки Занкл, склонился к Рэми и прошептал:
— Ну же, мальчик, приди в себя, слышишь?
— Я убил? — тихо спросил заклинатель, и по щекам его покатились крупные слезы. — Я опять убил?
Опять? Майк и вмешаться не успел, как Занкл посмотрел на него зло, заставил Рэми встать на ноги и потащил куда-то, кидая по пути приказы:
— Уберите все вокруг. А ты, дознаватель, возвращайся к Арману. Лиин очнулся. И телохранитель повелителя создал для вас новый проход. Но прежде, чем кому-то рассказывать, что тут произошло, поговори с Арманом. Слышишь? Поклянись, что поговоришь с Арманом!
— Клянусь!
— А дальше на все воля богов, — выдохнул Занкл, с помощью дозорного вытаскивая Рэми на берег. И на миг Майку показалось, что Рэми вновь посмотрел на него тем насмешливым взглядом.
Ну поговорит Майк с Арманом, и что?
Что это изменит?
Ивы качались по обе стороны быстро наполняющегося водой русла, и шипела, оживала река, а на берегу презрительно глянул на умирающего колдуна виссавийский целитель:
— Я не буду ему помогать, зачем вы меня позвали?
Колдунья умерла сразу. Все же Рэми убил…
Майк, который тем временем выбрался на берег, пожал плечами, посмотрев на умирающего, уже не понимающего, где он и зачем. Жаль. Наверное, он мог бы многое рассказать. Впрочем, жреца Шерена Майк и так нашел.
Так почему же чудится в глубине сада знакомый смех и кажется, что взлетают высоко над тонкой фигурой черные крылья?
Это просто звенящая жара. И духота. И опустошившая душу усталость.
Его сегодня дважды пытались убить.
— Как Рэми? — сам не зная зачем, спросил Майк стоявшего за его спиной Закнла.
— Спит.
— Смотри, как бы он не сбежал. Я за ним вернусь.
— Не вернешься. Побоишься.
Первое — глупость, второе — увы, правда.
Но Майк не возразил. Сейчас наскоро сменить этот испорченный наряд и в столицу. К Арману!
В столице тоже шумела гроза. Бесились за окнами молнии, шелестел по листьям ливень, и в округлой зале царил полумрак, то и дело рассеиваемый яркими вспышками. Едва вылетев из арки прохода, Майк спросил дозорного:
— Где Арман?
— У себя, где еще? — пожал плечами мужчина. — Ты какой-то дивный, Майк. Слышал, что вас сильно помяло в той деревне. Нашел хоть что-то?