По лицу же видно: опять чего-то удумал. Дайте боги, чтобы не удрать от свиты. Хотя пусть попробует, хоть интереснее будет. Только удастся вряд ли, уж тут Кадм в себе не сомневался.
Интересно не было до самого северного района. И даже Арман, увидев брата, ерепениться и ругаться не стал, пошел за ним в эту таверну, где воняло слишком сильно и кормили не совсем хорошо. Лениво наслаждаясь хоть каким-то, а теплом, попивая дешевое и кислое вино, Кадм вполглаза следил за братьями. Видел и как Рэми подлечил Армана, и заботу, мелькнувшую в глазах мальчишки. Это хорошо, значит, драки не намечается: разнимать Армана и носителя Аши вовсе не улыбалось.
Миранис придет в ярость, если братья вновь подерутся, как пришел в ярость, узнав, что Рэми серьезно ранил Армана. А как же принц побледнел от злости, когда узнал о сегодняшнем покушении… Любо дорого смотреть, Кадм даже не знал, что строптивый мальчишка так наследнику дорог.
Свита расслабиться в таверне не спешила, наверняка помнила, что с ними телохранитель наследника. Сидели все тихо, взгляда боялись поднять, но и за братьями наблюдали. Молодцы. Только скучно же....
Со скуки Кадм нагло подслушал начало разговора братьев: ничего особенного. Когда началось самое интересное, будто что-то заподозрив, Арман заставил Лиина опустить щит. Хотелось вмазать и Арману, и Лиину, но вмешиваться он не спешил: не сказал Рэми, кто затесался к нему в свиту, сам Арман не заметил, так и раскрываться незачем.
Да и вел Арман, судя по взгляду Рэми, как следовало мудрому главе рода: пускать мальчишку одного явно никуда не собирался. Правильно. Рэми злился, что-то пытался доказать, брат его был как всегда спокоен и рассудителен. И это радовало. Только Тисмена к Арману прислать все же надо: старшой в последнее время явно себя чем-то изводит, а если Арман сляжет, кто Рэми будет успокаивать? Такие забавы Кадму были не по вкусу.
Пахнуло холодом, и в таверну зашли двое. Девушка, молодая, хорошенькая, с пшеничными волосами села за столик рядом со столиком братьев, ее подруга, темноволосая, скромная и милая на вид — напротив. И сразу же насторожились, забыли о Кадме маги: и телохранитель сразу понял почему. Две девчонки, одни, в таверне? Скромницы и красавицы без защиты мужчин?
Так не бывает.
Братья спорили, Кадм и сидевшие рядом маги не спускали взгляда с незнакомок, едва заметно напрягся, казалось, ничего не замечающий Арман, и привкус угрозы манящим ароматом проплыл над таверной. Этот аромат Кадму нравился…
А потом светловолосая прыгнула к Рэми, а вторая метнула в него нож. Скорость обоих восхищала: успели среагировать лишь Кадм, да Арман. Старшой грубо спихнул Рэми со стула, Кадм перехватил нож в полете и перерезал горло брюнетки. Блондинку обезвредили маги Армана. Убивать не стали, им нельзя, виссавийцы будут недовольны. А вот Кадму на виссавийцев глубоко плевать… всех, кроме одного. Он подхватил мертвое уже тело, не давая ему упасть на Рэми, и только тогда понял, как ошибся.
Мальчишка сидел на не сильно-то чистом полу, прислонившись спиной к перевернутому Арманом столу, и ошеломленно стирал с лица капли крови. Да и одежды его, недавно белые, окрасились алыми брызгами. Даром, что кровь чужая, для целителя…
— Убери! — пихнул Кадм мертвую одному из людей Армана и, закрывшись от чужих взглядов щитом, схватил за шиворот так кстати оказавшегося рядом трактирщика:
— Комната для особых гостей найдется?
Толстый трактирщик дрожал, переводя взгляд с Кадма на Рэми, потом собрался вдруг силами и кивнул.
— Бери брата! — приказал Арману Кадм. — А ты показывай! Живо! Лиин, когда он выйдет, проконтролируй, чтобы ему подчистили память. Охрану расставь, чтобы никто к нам не пробрался. И одежду достань для Рэми, воды принеси нагретой, и поторопись!
— Да, мой архан.
Сообразительный, хорошо. Все так же под щитом Кадм заставил привести их в махонькую комнатушку, в которой поместилась только узкая кровать, стол у окна, да пара стульев, выставил трактирщика, выхватил у Армана Рэми и, швырнув его на кровать, прошипел: