"Мой ученик"? Не спешит ли Вирес!
Молчание. Ожидание. Светились, переливались огнем руны на двери, пахло едва ощутимо магией, и людей... тут было слишком много. Телохранители, так же ожидающий чего-то Майк, Лиин... Слишком много всего. Всего сразу.
Вспыхнули синим руны, осыпались пылью на блестящий пол, и Арман отвернулся, вдруг поняв: брат доверяет телохранителям гораздо больше, чем ему. Их силе, их способности себя защитить. И стало сразу горько... но... главное, что открыл.
— Убери из меня это, Кадм, — прошептал тихий голос, и стоявший рядом телохранитель силы улыбнулся, превращая свое оружие в тонкий кинжал:
— Конечно, уберу, малыш, не сомневайся. А ты... — и он глянул выразительно на Тисмена. — Не смей оставлять этих рапсодий живых... иначе сначала их на медленном огне поджарю, а потом тебя. Лично. И даже Миранис мне не помешает. Арман, оставайся здесь. Твоему брату и так будет нелегко, если же он еще будет пытаться ради тебя сдержаться…
Арман остался. Еще долго стоял неподвижно перед закрытой дверью, вслушиваясь в глухие стоны. Сжал кулаки до белизны костяшек, не замечая ни сочувственных взглядов дозорных, ни вздрагивающего рядом от каждого шороха Лиина, ни так и застывшего за его спиной угрюмого Нара. Встряхивало как от ударов замок, что-то бухало за дверью в стены, так приторно пахло магией...
Рассвет медленно перетек в погожий день, заглянуло в окно, зажгло искрами снег на крышах, солнце, когда из приемной вышел бледный Вирес. Темные пятна на синем плаще, потухший взгляд, уставший голос:
— Теперь все. Он спит.
— Могу пойти к нему?
— Нет. Пока он не контролирует свою силу, мы должны держать его под защитным куполом. Твой брат очень силен. И если он еще раз по тебе ударит, ты можешь этого не пережить. А он сгрызет себя заживо. Потому пока он не вернет власть над своей магией, держись от него подальше.
«Держись подальше». Арман отвернулся, поняв, что выпускает из рук судьбу брата, и теперь за него отвечает его учитель. Эрр, Эрр, что же ты наделал?
— Арман, ты не о том думаешь, — сказал вдруг Вирес. — Я не собираюсь вмешиваться в твои отношения с братом, не собираюсь тянуть его из рода или заставлять стать телохранителем. Я всего лишь помогу ему справиться с его силой, с Аши... ничего более. Остальное он выберет сам, и ты поможешь ему выбрать. Ты все еще его глава рода. Ты все еще его брат. И я доверяю твоей мудрости, твоему желанию помочь... и защитить. Я из твоего рода, мое семейство довольно твоей властью, мои люди ценят твою защиту, и хотя я служу теперь только повелителю, ты должен знать, что я не собираюсь идти против тебя. Да и не должен. Повелитель дал мне полную свободу. Нам дал. Он не будет неволить тебя или Рэми ни в чем, пойми это, наконец, и успокойся.
— Он сорвался? — выдохнул Арман.
Вирес молчал некоторое время, потом ответил:
— За сегодняшнюю ночь — дважды. И в первый раз, увы, убил. Пусть защищая Лиина, но в Рэми течет сила целителя, и последствия для него будут неприятны. Когда он очнется, я на некоторое время заблокирую в нем боль, иначе он не выдержит. Нам надо будет с ним серьезно поговорить. Нам, Арман. Он ничего о тебе не помнит, но он не позволит тебе больше исчезнуть из своей жизни.
Арман тоже не позволит.
— Совет закончился, я должен возвращаться к повелителю, телохранители к Миранису. И так как присмотр за Рэми нужен постоянный, прости, но мы нарушим твой запрет и заберем его в покои Мираниса. Арман... я понимаю, почему ты держишь брата вдали от принца. Почему ты держишь его вдали от нас. И не позволю Миранису сделать его телохранителем вопреки его воле, это может нам стоить слишком дорого. Все это может стоить нам слишком дорого. Правда такова... что мы и сами не знаем, что нам делать с твоим братом. Он не принадлежит нам, он не принадлежит Кассии. Но и Виссавие мы его отдать не можем. Единственное что мы сейчас можем — не дать ему сорваться и погубить себя и других. Понимаешь?
— Да, телохранитель.
— Иди отдохни, Арман. Твой позвоночник был недавно сломан, да и круги под твоими глазами появились не просто так. Я не буду спрашивать, что ты делал эти дни, почему ты оставил брата одного, потому что знаю, что у тебя была на то причина. Но... ради богов, не загони себя до смерти. Гнев моего ученика будет страшен.
— Да, телохранитель, — ответил Арман, поклонившись.
Вирес прав, ему надо отдохнуть, до полудня. А потом в город, к Зиру. Пожалуй, им много о чем надо поговорить. И не только им.