Вот и все. Проходит пять самых напряжённых для него минут, растянувшихся в вечность, и его приглашают в зал. Он неспешно подходит к священнику. Тот кивает и протягивает ритуальный кинжал. Детям уже больше года втолковывают и красочно описывают все, что должно произойти во время ритуала. И священникам довольно редко приходится объяснять, что надо делать, если не никогда. Кеман, лишь на секунду замерев, быстро и аккуратно надрезает запястье. Больно, неприятно. Сам факт того, что ему приходится самому резать себе руку, кажется неправильным. Но он терпит, пока алая теплая кровь медленно стекает в чашу, подставленную священником. Рана медленно затянулась благодаря особому свойству кинжала. Теперь осталось только подождать. Священник что-то кладет в миску, перемешивает, создавая какой-то раствор. А после полностью выливает его в огонь - символ жизни и сущности. И настает тот самый момент. Сердце замерло в блаженном ожидании. С секунды на секунду из пламени должна появиться его сущность. Все как писали в книгах и говорили в приюте.
Но проходит секунда, вторая, третья… В этот момент что-то в его душе дрогнуло. У Кемана от осознания происходящего нет сил даже двинуться или что-то сказать.
-Не понимаю… Невозможно! – шепчет в недоумении священник. - Юноша, вы точно все правильно сделали?
Кеман лишь слабо кивнул, даже не расслышав вопроса. Все в голове перемешалось; его мечты начали рушиться, как большой карточный домик.
Но священник настоял на повторении ритуала. И все тот же результат. Сущность не стремилась вылетать из пламени, чтобы порадовать огненными очертаниями своего обладателя.
Кеман уже еле сдерживался. Его ноги подкашивались, голова кружилась и начинало подташнивать. Он дрожал всем телом, как осиновый лист. Ему хотелось бежать так быстро, как он может, чтобы сил вовсе не осталось. Убежать как можно дальше. Кеман уже еле сдерживал рвущиеся наружу слезы и отчаянный крик. Почему мир так несправедлив? Почему всегда он? Чем он провинился? Сотни вопросов заполнили его разум, заставляя злится все сильнее.
Не в силах больше находиться в этом месте, он резко развернулся и почти бегом вышел за двери. Остановившись и попытавшись унять быстро стучащее сердце и дрожь в руках, Кеман несколько раз глубоко вздохнул и выдохнул и, стерев с лица быстро скатившуюся одинокую слезу, пошел к остальным. Группа ребят из приюта вместе с сопровождающей поджидали Кемана у выхода из храма. На него, к великому его облегчению, даже не обратили внимания. Лишь мисс Анна слабо кивнула и повела их всех обратно в приют. Все ребята с восторгом обсуждали полученные сущности. Кто-то получил сущность волка, кто-то коня, а кто-то зайца. В общем, все были рады.
Лишь Кеман остался в стороне от общего веселья, идя самым последним. Он не хотел их слушать, хотел скорее убраться отсюда. Он больше не останется в этом приюте ни на день. Просто не сможет... Он с силой сжал ладони в кулак, бросив уже более уверенный взгляд в небо.
Обычно, после становления четырнадцати лет, человек уже мог устраиваться на работу. Ведь именно в этом возрасте человек получал свою сущность. Так же в этом возрасте ребенок, живущий в приюте, мог его покинуть при желании. Именно так Кеман и поступит.
Придя в приют, он сразу направился в свою комнату и собрал нужные вещи: одежда, бутыль с водой и еда, которую он накопил за последнее время. Все это он сложил в свою наплечную сумку, выложив книгу. Все готово, осталось только сообщить об уходе воспитателю. Перед выходом Кеман напоследок оглядел свою комнату. Не смотря на его намерения, грусть, пусть и непрошенная, все равно была. Он жил в этой комнате уже более десяти лет – и это было неплохое время. Кеман всегда был рад вернуться в эту комнату. В детстве он нередко залезал на кровать пораньше, стараясь сдерживать слезы обиды. Когда стал взрослее и научился читать, то каждый вечер подолгу засиживался за письменным столом, выписывая интересные факты или цитаты из книг, а порой просто приходил после тренировки и, умывшись, падал на кровать и тут же засыпал. Все эти маленькие, но, все же, радости заставили его на секунду остановится.
Кеман уже решил было уйти, ничего не говоря старшим, но в коридоре, неподалеку от выхода, встретил мисс Анну и ему пришлось остановиться. Мисс Анна – строгая женщина, уже в возрасте, «сухая» и с вечно собранными в высокий хвост серыми волосами. Она посмотрела на него, стараясь скрыть недовольство и каплю удивления, но тут же отвела взгляд. Это почему-то взбесило Кемана еще сильнее, чем раньше. Почему к нему все так относятся? Нет, он больше не будет это терпеть.